Как мать семейства, она, конечно, радовалась, что у нее теперь два внука. Но как княгиня не могла не понимать: два сына Святославова от равно знатных матерей – это не обещало в будущем покоя земле Русской. Она, Эльга, окажет дурную услугу державе, если оставит Величану в доме и позволит Святославу взять третью знатную жену и пополнить ее потомством число будущих притязателей на киевский стол.

– Я часто прошу о чем-то для себя? – намекнул Мистина.

– Но это же не для тебя самого!

Мистина слегка развел руками: вот такой особый случай.

Эльга еще помолчала, чувствуя, что готова уступить.

Если бы Величану хотели взять в какой-то другой дом, она бы повременила до возвращения сына. Но никакие доли в данях и добыче не возмещали того, что давала ей поддержка Мистины. Что касается имения, то многие годы она готова была дать ему гораздо больше, чем он соглашался взять.

И деву жаль… Выдали ее родные за старика, в «могильные жены», а останется здесь – ее возьмет себе Святослав: хочет не хочет, а положено ему так!

– Ну а чтобы бывшей княгине было не так стыдно идти за сына челядинки, Люту заслуги нужны, – добавил Мистина. – Съездит к немцам, и если все сладится, то ни один умный человек не попрекнет, что не по себе дерево рубит.

А глупцов мы не станем слушать.

Эльга повернулась к Величане:

– А ты что скажешь? Я могу дать тебе волю. Выдам твое приданое, что ты из Плеснеска привезла. Ты будешь свободной женой, и бедностью тебя никто не попрекнет. Но ты останешься безродной. Подумай. Пока ты живешь у меня, твой отец еще может тебя выкупить. Ты вернешься в свой род… тебя снова сосватают… ты еще так молода – сыщется и для тебя князь или кто из бояр великих. Пока не поздно, спрашиваю: хочешь к ним в дом?

Но, говоря это, Эльга видела: ее слова почти не достигают слуха Величаны.

Та слушала почтительно, опустив глаза, но на высоком широком лбу ее была написана твердая решимость отмести все доводы рассудка.

Та же самая, которая в ее годы руководила Эльгой…

– Если ты войдешь к Свенельдичу, то путь назад закроешь для себя навсегда. Твой отец никогда не примет вено от сына воеводы и челядинки. Ты не сможешь стать водимой женой того, кто родом много ниже тебя.

– Я знаю, – тихо ответила Величана, видя, что княгиня замолчала.

 – Но со мной это все уже было. Мой отец сосватал меня за князя хорошего рода. Было у меня вено, приданое, честь и почет. Только счастья не было. И когда гибель мне грозила, род меня не спас.

– Если так, неволить я тебя не стану. Ступай собирайся, и пусть Свенельдич если не честь, то хотя бы счастья для тебя найдет.

Величана поклонилась и ушла. Эльга молчала, сложив руки на коленях и глядя на закрывшуюся дверь.

Мужчина волен искать и добиваться счастья. Женщина лишь вручает себя мужчине и взамен ждет счастья как дара.