– Я и не пил, – отозвался я, неся ее в нужном мне направлении, – Ну, почти не пил.

– Разве мы не прошли только что мимо нашей спальни? – промурлыкала жена и игриво потерлась носом о мою шею.

– Я помню, где наша спальня, – хохотнул я, ставя ее перед дверью, украшенной большим бантом и аркой из цветных шариков, – Но сейчас время свадебного подарка.

– Ой, – растерялась Мари и, закусив губу, виновато забормотала, – А я не успела… вернее забыла… У меня нет подарка.

– Ты уже сделала мне подарок, – чмокнув жену в висок, проурчал я, – Причем самый желанный.

– Ты о чем? – опешила малышка, а я распахнул перед ней дверь.

– Это же… – залепетала она, делая несмелый шаг в комнату, куда последние две недели доступ ей был закрыт.

– Детская, – кивнул я, сканируя ее неповторимые эмоции.

– Но ты же говорил, что тут будет кабинет? – пробормотала она, оглядывая своеобразный интерьер и декор.

– Сюрприз, – отозвался я, подходя ближе и притягивая ее за плечи.

– Но я не… – неуверенно начала Мари и, сосредоточенно задумавшись, начала загибать пальчики, что-то усиленно подсчитывая, а потом округлив глаза, ойкнула.

– Поздравляю, – рассмеялся я, сгребая ее в охапку и зацеловывая удивленное личико, – У нас будет малыш.

Эпилог

несколько месяцев спустя…

Мари

Несмотря на хронический недостаток сна, особенно последнюю неделю, нетерпеливое кряхтение младшего и многозначительное сопение старшего Архипова, пожалуй, лучше любого будильника.

Наш сынок Богдан родился всего неделю назад, а уже вовсю строит своего папочку. Марк оказался потрясающим папой, о чем я не забываю и не устаю ему напоминать ежедневно.

Несмотря на загруженность на основной работе, и из-за временного и вынужденного отъезда Дена параллельно еще и в клубе, возвращаясь домой, он неизменно старается оградить меня от лишних забот и дать отдохнуть хотя бы лишние пять минут.

Но когда сын требует грудь, альтернативы нет, и таковая даже не рассматривается. И в данный момент мои мужчины всячески пытаются мне намекнуть, что если я не соизволю проснуться, то меня будут есть не спрашивая. Как бы смешно и нелепо это не звучало, в ночные кормления Марк иногда так и поступает.

– Сынок, – вкрадчиво шепчет Марк, судя по звукам, приблизившись ближе, – Ты же помнишь, что мамина грудь твоя только на время?

Вместо ответа слышится недовольное кряхтение, постепенно переходящее в раздраженное кряканье и гуканье. Сын явно не доволен задержкой и не понимает, почему должен ждать.

Не сдержавшись, улыбаюсь, сладко потягиваюсь и, открыв глаза, сталкиваюсь с ласковым взглядом мужа.

– Прости родная, – подавая мне подушку для опоры, урчит Марк, – Но наш богатырь требует свои белки и витамины.