Они с отцом заняли денег и отправились с другими такими же челночниками за китайским ширпотребом, расходившимся на местном рынке как горячие пирожки.

Им не повезло. В первой же поездке на их автобус напала банда грабителей, вытаскивающая из битком набитого автобуса все клетчатые сумки с товаром. Папуля, конечно, не мог допустить такого беспредела, ринулся отстаивать купленные на занятые деньги шмотки. За ним кинулась и маменька. Их застрелили там же, около автобуса, брезгливо откинув, чтоб не запачкали кровью товар.

Очевидцы потом говорили, сами, мол, виноваты, куда попёрли на вооружённых бандитов. Мол, не до шмоток, ноги бы унести.

Так мы остались вдвоём с бабулей в огромной четырёхкомнатной квартире. Бабушка Анна недолго горевала о потере любимого сына. На руках внучка, оканчивающая школу. Фабрика, на которой она работала, вконец разорилась, остался лишь один небольшой цех, в котором производилось мыло. Вонючие белые прямоугольные куски, которые стало всё труднее сбыть, ведь на прилавках появилось душистое заграничное, в красивых ярких обёртках. Поэтому зарплату стали выдавать этими самыми прямоугольными кусками, несколько ящиков уже стояли у нас на лоджии, наполняя её удушливым ароматом.

И тут выяснилось, что денег на товар папенька занял не у кого-то там, а у местного криминального авторитета, разъезжавшего по городу на блестящей заграничной машине.

Вот тогда бабушка по-настоящему испугалась. Не за себя, за мою жизнь. Ведь ей очень прозрачно намекнули, как с моей помощью можно отработать долг. По улицам города уже прогуливалась стайка молодых девиц с вызывающим боевым раскрасом на лицах, в коротеньких юбчонках, которых называли красивым заграничным словом — «путаны».

Как уж там бабушка вывернулась, но сначала опустела шкатулка с драгоценностями моей мамы, потом бабулина. Остались только два старинных комплекта, передававшихся из поколение в поколение.

— Твоё приданное.

Говаривала бабушка.

Но вскоре в шкатулке стали появляться новые украшения. Современные. А тот самый авторитет Алик зачастил в наш двор. Бабуля принаряжалась, и выпархивала из дому, строго-настрого наказывая из квартиры ни ногой.

Как ей удалось окрутить Алика, она никогда не рассказывала, но только вскоре он выкупил (или отжал) вконец закрывшуюся фабрику и подарил её бабушке. Я к тому времени окончила школу с золотой медалью и пошла учиться на отделение химических технологий. Здесь уже бабуля настояла.

Не было больше многочисленных походов по кружкам и занятиям, у меня неожиданно появилось свободное время, потому как бабуля дома практически не бывала.

Студенческая жизнь мне понравилась, будучи девушкой жизнерадостной и общительной, быстро влилась в коллектив, даже завела приятельниц и приятелей.