Бабушка, работающая заместителем директора на косметической фабрике.

Не стоит и говорить, что с меня пылинки сдували. Любимая дочка и внучка. Все лучшее Катеньке! Мама ни дня не проработала, отдавая себя всецело воспитанию единственной дочери. Музыкальная школа по классу фортепьяно, кружок рисования. Так как маменька видела меня женой профессора (как папенька) или ещё какого важного человека, я посещала занятия по домоводству. Кройка и шитье, вязание и приготовление изысканных блюд. Этого маменьке показалось мало, добавились уроки танцев. Параллельно мы посещали выставки и музеи.

В редкие свободные минуты мама учила меня французскому, которым владела в совершенстве. Тайной мечтой маменьки было выдать меня замуж за дипломата.

Стоит ли говорить, что свободных минут у меня практически не оставалось. Я не гуляла с соседскими детьми во дворе. Да и в школе друзьями не обросла, со всеми держалась ровно, но и не сближаясь. Хотя многие хотели дружить с симпатичной отличницей, девочкой из обеспеченной семьи, которая спокойно могла купить на карманные деньги шоколада «Белочка» на весь класс.

Единственная, с кем я сдружилась — Юлька, жившая этажом выше. Мать Юлии работала в ателье швеёй, и частенько шила наряды для бабушки и мамы. Отец Юльки исчез в неизвестном направлении ещё тогда, когда подруга пешком под стол ходила. Поэтому увидев нас вместе в очередной раз, маменька только поджимала губы, но молчала. Швеёй Юлькина мать была от Бога, такие наряды шила — от заграничных не отличить!

Из школы меня забирал папин водитель. Маменька умудрилась выбить для отца служебную машину. Затем после обеда по расписанию начинался забег по кружкам и дополнительным занятиям.

Летом обязательный отдых в санатории на южном побережье. Путёвки были на выбор, как от папеньки, так и с фабрики, где заместителем директора трудилась бабуля.

Счастливая обеспеченная семья. Всё это рухнуло в одночасье. Счастливое детство, проведённое в стране, которой не стало. Лихие девяностые."

"Интеллигентный папенька и мама, никогда в жизни не работавшая, не смогли, не сумели приспособиться к реалиям новой жизни. Сначала опустел холодильник, из которого исчезли привычные деликатесы. Затем, когда я выросла из очередной курточки, оказалось, что другую покупать, просто, не на что.

Семья держалась только на бабуле. Она умудрялась через своих многочисленных знакомых продавать висящие в шкафу вещи: сначала свои, а потом и мамины, хотя та пыталась протестовать, но бабуля её быстро осадила:

— Шёлковой кофточкой сыт не будешь! Тебе дочь кормить нужно, молодому растущему организму витамины нужны!

Шкафы быстро пустели, и, провожая глазами очередную любимую польскую блузку, маменька решилась на невиданный шаг.