Чай остыл, а эклер давно растаял в пальцах, но она с участившимся пульсом представляла себе жизнь своего внезапного подчинённого до дня аукциона. И наконец-то кое-что осознала:

– Так он был для Глашера раскормленной курочкой, несущей золотые яйца. Наверняка не один раз вернул ему все потраченные на его обучение средства. И барон не ставил его на рабскую позицию, наоборот, холил и лелеял своего бесценного чемпиона. Вот, почему тот не умеет общаться с господином и ведёт себя так, словно ему всё можно.

– Что ты имеешь ввиду? – подняла тонкие брови Полли и ахнула: – Боже мой, так вот, откуда синяки на шее и запястьях! Санни, детка, это ведь совсем не шутки. Ну, приструнила ты Делавара, да и чёрт бы с ним. А теперь пора подумать головой – зачем тебе сдался этот маньяк? Он кроме драк ничего не умеет. И, видимо, жуткий хам, не чурающийся рукоприкладства. Избавься от этого мешка с дерьмом, пока не завоняло на весь Стормхолл.

– Да я и не против избавиться, но меня смущают затраченные триста тысяч. Нужно найти покупателя, и желательно подальше от Нью-Биллингтона, который готов хотя бы отбить эту сумму… а в идеале дать больше. Моя репутация дерзкой «Леди А» просто не выдержит, если пройдёт слух о том, как я быстро перепродала раба.

Полли задумчиво пожевала очередной круассан, которые поглощала по ходу разговора даже не глядя. Откинувшись в мягком кресле, она тяжело вздохнула и неуверенно предложила:

– Ну… я могу поговорить с Джоном. Он всё-таки сейчас вращается в кругах, близких к аренам разных городов. О Дьяволе наслышаны многие, так что есть шанс найти покупателя.

– Ох, По, я буду бесконечно благодарна тебе и Джону, если вы поможете выпутаться из этого всего с наименьшими потерями! – горячо заверила Сандра, на что круглые щёки подруги смущённо порозовели:

– Да брось, Санни. Затем и нужны друзья. Кстати, хотела спросить: тебе тоже приходило приглашение в церковь от отца Бернарда?

– Понятия не имею: у меня почта завалена письмами, – безразлично пожала плечами графиня. – Ты же знаешь, после смерти папы мне некогда таскаться на другой конец города каждое воскресенье.

– Ну да, да… Просто этот падре такой навязчивый… Да и ну его – лучше расскажи, ты уже заказала платье к Рождеству…?

Завершив файф-о-клок через пятнадцать минут пустой болтовни, они расцеловали друг друга и направились к выходу. У самых дверей их нагнала одна из служанок леди Трентон и вручила Сандре увесистую корзинку, доверху наполненную выпечкой и прикрытую клетчатой скатертью:

– От нашей новой кухарки, миледи.