Чтобы отвлечься от ненужных мыслей, Эмма сосредоточилась на том, что было в ее профессиональной компетенции, – на его одежде. Покрой сюртука был безупречен. Как непринужденно подчеркивал он ширину его плеч и облегал руки! А шерсть… высшего качества, плотного прядения, насыщенного окрашивания. Однако подобный стиль отстал от современной моды года на два. Да и манжеты слегка обтрепались…

– Я знаю, о чем вы думаете, мисс Гладстон.

«Откуда ему знать?»

– Вы мне не доверяете. Как может женщина вашего положения взлететь столь высоко? Не буду отрицать: среди дам высшего света вы окажетесь белой вороной и не найдете подруг. Но вас, несомненно, утешат преимущества материального благополучия: роскошный дом, щедрый кредит в самых лучших магазинах и значительное содержание в случае моей смерти. Вы сможете ездить с визитами и за покупками, заниматься благотворительными делами, если вам это будет необходимо. Ваши дни будут принадлежать только вам… – тут его голос посуровел, – …но ночи будут моими."

"На такое заявление она не могла придумать ответа. Краска возмущения покрыла все ее тело, даже между пальцев ног чувствовался жар.

– Вам надлежит ожидать моего прихода каждый вечер – сделаем исключение на случаи, если вы заболеете или у вас будут месячные, – пока не наступит беременность.

Эмма еще раз попыталась понять смысл разговора. Перебрав все варианты, остановилась на самом вероятном объяснении: герцог получил не только внешние повреждения, он болен на всю голову.

– Ваша светлость, вы не в бреду?

– Нисколько.

– Может, вам стоит прилечь? Я могла бы послать вашего дворецкого за доктором.

Он озадаченно посмотрел на нее:

– Вам нужен врач?

– Может, и нужен. – Эмма поднесла ладонь ко лбу – ее лихорадило.

Но если он не болен… Неужели это такой прием, чтобы сделать ее своей любовницей? О господи! Может быть, она создала у него ложное впечатление о своей особе, когда так легко согласилась раздеться?

– Вы… – У нее не поворачивался язык, но она должна была сказать это. – Ваша светлость, вы пытаетесь завлечь меня к себе в постель?

– Да. По ночам. Я выразился ясно, и всего минуту назад. Вы вообще меня слушаете?

– Слушаю, да, – сказала она себе под нос. – А вот насчет понять… С этим сложнее.

– Я велю поверенным подготовить договор. – Герцог вернулся на свое место за письменным столом. – Мы можем назначить слушание нашего дела на понедельник.

– Ваша светлость, я не могу…

– Тогда на вторник.

– Ваша светлость, я не…

– Боюсь, остальные дни недели у меня уже расписаны. – Он быстро пролистал страницы ежедневника. – Размышления, попойка, турнир по бадминтону…

– Нет.

– Нет, – повторил он за ней.

– Да.

– Так да или нет? Делайте свой выбор, мисс Гладстон!

Эмма медленно обвела глазами комнату.