Вам полагается просто лежать и терпеть.

– Значит, вот чего вы от меня ожидаете – молчаливая, апатичная партнерша.

– Да.

– Очень хорошо, – сказала Эмма, чувствуя себя разочарованной. – Я постараюсь.

Его ладонь легла на ее бедро, и одним внезапным движением он заставил ее раздвинуть ноги. Потом замер, замерла на месте и его рука. А вот новое прикосновение – и все вдруг стало другим.

Ее муж ясно высказал свое намерение быстро покончить «со всем этим», а заодно и громкое неудовольствие, обнаружив ее в постели обнаженной. Но несмотря на это, герцог, похоже, передумал действовать в спешке, без малейшей ласки.

Действительно, в нем произошла разительная перемена. Прикосновения снова стали нежными. Исследуя ее тело, он тихо, одобрительно мурлыкал себе под нос, что привело Эмму в восторг.

Его ладонь накрыла ее грудь. Это было восхитительно, но ей пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть от удовольствия. Он гладил и ласкал нежную кожу: сначала одну грудь, потом вторую, потом все повторялось. Ее соски отвердели, прося ласки. Неторопливое, дразнящее движение его большого пальца доставляло ей сладчайшее удовольствие, но этого ей было мало.

Ее дыхание участилось. Эмме не терпелось, но он не торопился. Его ладони исследовали каждый изгиб ее тела, зажигая его горячим желанием.

Но самым поразительным было то, что герцог заговорил.

– Как вышло, что вы оказались здесь? – прошептал он. Похоже, Эшбери обращался не к ней, а говорил сам с собой. – Как, черт возьми, я сумел вас заполучить? – Он погрузил ладони в ее волосы и легонько потянул, пропуская локоны между пальцами. Потом едва слышно выдохнул одно-единственное слово: – Красивая…

Эмма протянула руку, желая коснуться его и ласкать в ответ.

Он замер.

– Не делайте этого.

Она уронила руки на постель.

– Простите, я…"

"Что сказать, Эмма не знала. Быстрая, запретная ласка горела на ладони одной ее руки, и она погрузилась в воспоминание о сильных гладких мышцах под покровом наглаженной льняной материи. Но другая ее рука хранила иное воспоминание: твердые рубцы раневой ткани, разбегающиеся по грудной клетке, стягивающие кожу, как паутина.

– Простите, – повторила Эмма.

Он отвернулся, и она пришла в отчаяние. Неужели она лишила его решимости продолжать? Во второй раз?

Но он достал из кармана халата какой-то маленький флакон. Она услышала звук вынимаемой пробки. Ее ноздрей достиг экзотический аромат, и она успела подсмотреть, как он наливает несколько капель себе на ладонь. Наверное, это какое-то масло?

Похоже, она угадала насчет ароматного вещества. Его пальцы легко скользнули внутрь и принялись поглаживать ее лоно. Ощущения были неуловимы, как струящаяся вода.