А вот на улицах, о которых неприлично говорить в обществе леди, фонари были забраны в плафоны голубого или зеленого стекла, а дома светились магическими огнями соответствующих цветов. Именно этот адрес в качестве контактного оставила единственная выжившая, кроме Анны, жертва преступника, если я права — девушка, подписавшаяся просто «Рыжая Жози»."

"После отповеди, которую мне устроил Ренслир, я не решилась просто отдать ему бумаги, боясь, что он поднимет меня на смех. Вместо этого я уговорила господина Ульрика допустить меня в святая святых — хранилище улик.

Там я смогла сравнить два куска ткани, в которых нашли вторую и третью жертвы неизвестного, и была совершенно уверенна в том, что они связаны. Оба куска ткани оказались старыми вылинявшими бордовыми бархатными портьерами. К сожалению, рисунка на ткани не было, как и других общих элементов. Я готова была поклясться, что это портьеры из одного дома, но доказать это было невозможно. Хоть бы они монограмму что ли на них вышивали, что ли, так нет! А степень загрязнения и оттенок бордового вряд ли мог считаться достаточным аргументом, подобные ткани слишком распространены, чтобы найти покупателя или хотя бы изготовителя. Поэтому дальше я решилась пойти и допросить единственную выжившую и находящуюся в сознании жертву.

Мимо, хохоча, прошла пьяная компания, и я, подобрав юбку, поспешила по лестнице вверх. В конце концов, я уже на месте, репутация моя уже испорчена, так что терять мне нечего.

Я не успела постучать, как предо мной уже распахнула дверь пошлого вида девица: волосы ее были завиты мелкими кудряшками и выкрашены в рыжий, глаза подведены жирным черным, причем, кажется, еще вчера, потому что сейчас макияж был сильно размазан, на губах кирпично-красная помада, причем, и на зубах тоже.

На ней был только корсет и что-то вроде не то юбки из рюшек, не то коротких панталончиков в оборочках:

— Вам не сюда, дамочка, у нас бордель для мужчин. Мальчиков ищите во-о-он там дальше по улице третий дом слева, — она указала пальцем с обгрызенным ногтем.

— Я ищу девушку, которая называет себя «Рыжая Жози», — растерянно пробормотала я.

— О! — пьяно икнула девица. — Так она уволилась уже… — на лице ее отразилась напряженная мыслительная деятельность. — Давно, короче! Нет ее тут.

— А где мне ее найти? Может, у вас сохранились ее контакты?

Мимо меня по лестнице, пошатываясь, поднялся какой-то господин в явном подпитии, от него пахнуло какой-то сивухой:

— Лили, дорогая, я к тебе! — я посторонилась, вжимаясь в перила крыльца, в то время как мужик поспешил облапить девицу за все выступающие части тела.