Мы сейчас проверяем всех его коллег, участвовавших в той облаве, а список видов артефактов, которые были у контрабандистов, уже отправлен в госпиталь. Уверен, мы со дня на день раскроем это дело.

Ренслир говорил так складно и уверенно, что я опешила. Но все равно, вспоминая ту радость, которой светился Метьюс, окликнув меня в образе Анны, я не могла поверить:

— Я не верю! Это не мог быть он. Да и потом, это же какой-то бред: Метьюс похитил Анну, удерживал где-то неделю, применил к ней стирающий память артефакт, а потом выбросил голую в какой-то тряпке на улице, словно какую-то ненужную вещь, едва не убив.

А потом, увидев ее в парке, он подошел обрадованный! Зачем?

— Возможно, избавился от пленницы не он, а второй соучастник преступления. А к вам в образе Анны он подошел, чтобы проверить, что вы ничего не помните, — кажется, у Ренслира был на все готов ответ. — Простите, но я должен идти, вы меня задерживаете.

Небрежно выставив меня из кабинета, следователь схватил со стола кожаную папку и, заперев свой кабинет, побежал куда-то по делам.

Я вернулась в архив в расстроенных чувствах, в голове совершенно не складывалась картина происходящего, Ренслир умудрился подорвать мою верю в собственную правоту.

Все было у него логично и складно, это было возможно, но… прикрыв глаза, я вспоминала сперва энергию Метьюса, а потом того, что почувствовала от Анны. Я не верила в то, что этот мужчина мог навредить девушке, к которой испытывал такие сильные положительные эмоции."

"Я прикрыла глаза и заставила себя погрузиться в воспоминания. Я тщательно перебирала все, что поняла об энергиях эмоций, сортируя свой опыт.

Я частенько «цепляла» следы разных эмоциональных взаимодействий между людьми, даже просто проходя мимо. Я помнила разное: как ругается бакалейщик с раздражающей его покупательницей; что чувствует водитель, в ужасе орущий на няньку, которая не усмотрела за ребенком и тот едва не попал под колеса; даже однажды случайно видела супружескую ссору, во время которой мужчина замахнулся кулаком на женщину. Но ни в одном из этих случаев я не ощущала таких тошнотворных диких и гадких энергий, как от Анны. Все ее дело было очень странным, очень расчетливым и выверенным. Не случайная жертва — преступник подготовился, чтобы похитить ее, не оставив следов. И после применил амулет, чтобы она ни о чем не помнила. И эти ощущения… разве можно такое организовать случайно, с первого раза?

Я распахнула глаза и покосилась на господина Ульрика, который спокойно рылся в своих любимых бумажках. Идеальный источник информации:

— Господин Ульрик, вы же давно здесь работаете? — зашла я издалека.

— Много-много лет, — усмехнулся он.