Разработкой дизайна их жилища занимался какой-то итальянец с забавными усиками и, как оказалось, хорошим вкусом. Дом и прилегающая к нему территория выглядели современно, оригинально и изысканно.

Папа встречал меня на крыльце, широко улыбаясь. Я чмокнула его в щеку и прошла внутрь. Еще из коридора я заметила гигантский торт из подгузников и бесчисленное множество красиво упакованных игрушек. Очевидно, это были подарки в честь рождения Егора Ярцева.

Глядя на них, я подумала, что мне, наверное, тоже следовало что-нибудь принести в гостинец. Но мысль была запоздалая, поэтому я просто отмела ее.

Первым делом отец отправил меня мыть руки, а затем повел на второй этаж где, по его словам, находился малыш. Я неуверенно шагнула внутрь комнаты, выполненной в теплых персиковых тонах, и моему взору предстала непривычная картина.

На небольшом диване, поджав под себя ноги, сидела Алла, а у нее на руках лежал совершенно крошечный младенец. Я никогда раньше вблизи не видела новорожденных детей, и меня поразило, насколько миниатюрным он был. Махонькие ручки, которые, похоже, шевелились против его воли, ножки, одетые в микроскопические носочки - он больше походил на игрушечного пупсика, нежели на реального человека.

- Привет, - полушепотом поздоровалась Алла.

- Привет, - тихо отозвалась я, не отрывая глаз от лица ребенка.

- Познакомься, твой брат Егор Максимович, - лучезарно улыбаясь, произнесла она. - Хочешь подержать?

- Что? - испугалась я. - Нет-нет, я просто посмотрю.

- Возьми, - Алла приподнялась, аккуратно вложила мне в руки ребенка, и мои ладони мгновенно стали влажными от волнения.

Малыш был совсем легким, почти невесомым, и держать его, как ни странно, было приятно.

Взгляд круглых зеленых глаз почти ни на чем не концентрировался, но почему-то мне казалось, что он видит мое лицо и даже едва заметно улыбается.

Я внимательно вглядывалась в ребенка, и не могла отделаться от ощущения, что его маленькие черты мне знакомы. Егор определенно был похож на отца, а значит, и на меня, ведь, по словам окружающих, я была точной папиной копией.

От этих мыслей на душе вдруг сделалось тепло и я, повинуясь внезапному порыву, нагнулась к макушке брата и сделала глубокий вдох. Егор пах молоком, нежностью и еще чем-то сладким.

И этот аромат показался мне лучшим из того, что я когда-либо вдыхала.

Я осторожно коснулась руки малыша, а он молниеносно обхватил мой палец своей крошечной ладошкой. В ту секунду мое сердце сжалось от щемящей нежности к этому маленькому человеку.

- Ну, здравствуй, Егорка, - прошептала я. - Я твоя сестра, Настя. Ты рад меня видеть?

Малыш активно замахал руками и выдал что-то вроде ""агу"".

- Ты такой симпатичный, - проводя рукой по мягкому пушку на его голове, проворковала я. - От девчонок отбоя не будет.