Но больше всего меня поражало то, что Синичкина знала о его темном прошлом и, несмотря на это, продолжала общаться с ним.

- Ты... Ты хочешь отношений с Олей? - наконец поинтересовалась я.

- Я не знаю, Насть, - вздохнул он. - На прошлой неделе мы провели три вечера вместе и даже ни разу не целовались. Для меня это все в новинку, как ты понимаешь...

- Ладно, - вздохнула я. - Тебе удалось немного остудить мой пыл... Но помни, я слежу за тобой, Тёма!

Старицкий коротко рассмеялся и стал пристегиваться:

- Довезти тебя до дома?

- Давай, - согласилась я.

По дороге домой я поделилась со Старицким своими планами помощи брату Синичкиной.

Посовещавшись с отцом, мы решили провести благотворительный аукцион в рамках внепланового корпоратива его компании, на который собирались пригласить папиных коллег, бизнес-партнеров и просто влиятельных друзей.

Для того, чтобы собрать нужную сумму денег, важно было придумать интересные лоты, которые бы действительно привлекли участников, и я подошла к этому вопросу очень серьезно. Решила использовать все свои связи, а также связи всех своих знакомых для того, чтобы добыть по-настоящему впечатляющие вещи.

Конечно, многие из них стоили совсем недешево, но, к счастью, папа согласился быть спонсором моего благотворительного проекта. Мы с ним договорились, что после проведения аукциона я верну ему все затраченные средства, а все, что будет заработано сверху, мы направим на лечение Вани.

Выслушав меня, Артем удивленно рассмеялся:

- Кто ты, женщина? И что ты сделала с моей подругой? Где Настя, считающая всех девушек, кроме себя, тупоголовыми курицами?

- Я по-прежнему так считаю, только Оля теперь - исключение, - улыбнулась я.

Мы с Артем обсуждали детали моего плана до тех самых пор, пока он не остановил машину напротив моего подъезда.

- Спасибо, и... Я рада, что мы поговорили, - на прощание призналась я.

- Я тоже, - улыбнулся Старицкий.

44

Последующие дни стали для меня самыми загруженными и в то же время самыми интересными за всю мою жизнь. К благотворительному аукциону практически все было готово, оставалось только раздобыть фотографии Вани Синичкина для размещения их на специальном стенде, а также получить детальную информацию об операции, на которую собирались средства.

Поэтому я наконец решилась рассказать Оле о задуманном мероприятии. После работы мы по обыкновению зашли в уютную кофейне недалеко от остановки, заняли столик у окна, и я, сделав заказ, впилась в подругу немигающим взором:

- Оля, мне нужно сказать тебе кое-что важное.

- Да? - она подалась чуть вперед.

Я выложила ей всю правду. Рассказала про разговор с отцом, про благотворительный аукцион, про лоты, которые я с таким трудом добыла. Оля слушала меня внимательно, поначалу не вполне понимая, о чем я говорю.