Увидев его, Мак испытала легкий шок, она не ожидала, что будет и четвертый персонаж для знакомства. С кухонным полотенцем на плече, Буги направился к ней и протянул руку для пожатия. На его губах играла легкая улыбка. Иссиня-черные волосы Буги топорщились острыми прядями, за стеклами очков в черной оправе скрывались внимательные зеленые глаза. Он был шести футов ростом, почти вровень с Мак, в узких черных джинсах с цепочкой, свисающей с пояса, черной майке и ботинках от Доктора Мартенса на шнурках. Своей прической он отдаленно напоминал раннего Элвиса, случайно оказавшегося в нашем времени.

Элвиса, умеющего готовить еду.

Пожалуй, черного цвета было слишком много. Глядя на них, можно подумать, будто половина жителей Мельбурна носит черное. Они что, в трауре?

— Привет, Буги, — поздоровалась Мак и протянула ему руку.

Их рукопожатие длилось чуть дольше положенного, а взгляды встретились и почему-то не отпускали друг друга. Мак стало интересно, заметили ли это окружающие. На какое-то мгновение ей показалось, что они раньше встречались, но она точно знала, что этого не может быть.

— Очень приятно с вами познакомиться, — сказала она, отвлекаясь от Буги и обращаясь ко всем, пожалуй, чуть более официально, чем ей бы этого хотелось.

 — Меня зовут Макейди. — Она подумала о том, что, наверное, следует сказать, как много она о них слышала, но почему-то не сделала этого. Роман Лулу и Дрейсона был вовсе не той сказкой, которую Мак захотелось бы продлить. Она очень мало знала об этих людях.

— Ма… как? — переспросил — или пошутил? — Ослик.

— Прошу прощения?

— Ваше имя Ма… как? Малейди? — повторил он.

— Нет, Макейди. Ма-кей-ди, — поправила его Мак.

Ей было не впервой слышать, как коверкают ее имя. И она уже привыкла повторять его по несколько раз в новой компании.

Ослик сделал гримасу.

— Какое стра-а-а-нное имя, — протянул он и вернулся к столу.

Марун. Дрейсон. Буги. Ослик. И это у меня странное имя?

Гости расселись за обеденным столом, а Буги-Элвис отправился на кухню продолжать свою стряпню, категорически отвергнув любую помощь. Мак заняла свое место и невольно залюбовалась природным узором волокон на шероховатой столешнице, а в это время Лулу обежала квартиру, выключая электрический свет, так что оставались только мерцающие на столе свечи.

Марун разлила по бокалам красное вино.

— Тебе предложить?

Мак кивнула.

— Так как же все-таки произносится твое имя? — спросила Марун, усаживаясь за стол.

Мак, привыкшая к тому, что этот вопрос ей задают не реже раза в неделю еще со времен начальной школы, терпеливо ответила:

— Ма-кей-ди. Не знаю, о чем думали мои родители, когда выбирали мне имя.

— А мне оно нравится, — решила художница.

— Лучше Мак. Все мои друзья зовут меня Мак. Так легче.