– Как уж его мать ни баловала, а он из гвардии перешел в ваш этот… – он пощелкал пальцами, вспоминая.

– Штурмовой батальон, – подсказал я.

– Да-да, точно… штурмовой батальон, – словно пробуя на вкус это слово, сказал князь. – Вы меня не просветите, что это такое?

– Знаете, князь, это новый вид войска, их учат много чему. И пока лучше этих воинов нет ни в одном королевстве. Вот вы посмотрите, со сколькими ему пришлось сразиться, а на нем ни царапины. И ведь учат-то всего пару месяцев, правда и материал достойный. Так что не переживайте, ваш сын далеко пойдет.

Вечером я заглянул к Алексии, и мне пришлось ее утешать и вытирать слезы, а ведь в зале она была собранная и твердая, и в поступках и в речах.

– Я так за тебя боялась, просто до сих пор не могу понять, как я выдержала. Люди сошли с ума. Трон, власть, да это ничто по сравнению со здоровьем и жизнью близких людей, – твердила она. Потом чуть успокоившись, посмотрела долгим взглядом.

– Алекс, я уже совершеннолетняя, когда ты возьмешь меня замуж, или ты так и будешь придумывать причины и тянуть время? И когда ты привезешь сюда Виктора, я так по нему скучаю!

А потом она между поцелуями рассказывала о том, как в детстве мечтала о принце. Как рисовала его в воображении, а вот когда встретила, почему-то испугалась и стала такой стервозной, что до сих пор стыдно, как вспомнит. И когда я уже уходил, она остановила меня в дверях.

– Ты мне так и не ответил по поводу свадьбы. Давай сделаем так: на днях ты съездишь в маркизат, посмотришь, как там дела, заберешь сына и приедешь, а в начале осени мы сыграем свадьбу. Если тебя что-то не устраивает, скажи здесь и сразу, чтобы потом ты просто не позорил ни меня, ни себя.

– Даже не думай, пока меня не будет, присмотри место под торговый центр, театр и ресторан, начнем с этого, хотя заводы в империи буду ставить другие. И сними дом большой, привезу музыкантов, надо будет их где-то разместить, а в казармы стражников, которые освободились, засели моих кентийцев, хватит им за городом маяться.

– Хорошо, мой господин, – ласково улыбнулась Алексия. Я послал ей воздушный поцелуй и пошел в свои покои. Хотелось лечь и выспаться, ноги просто гудели, очень уж насыщенный событиями был этот день.

Я лежал в постели и перебирал в памяти события прошедшего дня, и мне не давало покоя странное поведение герцога де Урбера. Он был под подозрением как один из участников переворота и заговора, прямых доказательств не было, только и того. Но если он был заговорщиком, почему сегодня встал на сторону императрицы? Все хорошо просчитал? Но он не обладал большим талантом владения мечом, и будь его противник чуть искусней и имей чуть больше простора, смотришь, герцог ранением и не отделался бы. Очередная загадка.