Я уж не говорю о том, что ни одна эльфийка не выдержит крепости казачьего поцелуя с ароматом ядрёного самогону, свежего чеснока и копчёного сала! Они же помрут без противогаза…

Увы, несмотря на все попытки Рахиль вернуть товарища по несчастью на грешную землю, он так и не мог отвести взгляда от неотразимых эльфийских девушек. Такие типажи иногда встречаются в японских «мангах» – кукольные лица с огромными наивнейшими глазами, хрупкие фигурки фарфоровых «Лолит», беспечно прозрачные платья с отсутствием под ними нижнего белья и всепоглощающая эротическая аура, буквально захлёстывающая мужчину правильной ориентации! А то, что у Ивана Кочуева она правильная, было уже заметно всем…

Плюнув, юная израильтянка решила не тратить душевных сил на пустое сотрясание воздуха и развернулась к понурому Миллавеллору:

– Слушайте, вот мы таки идём куда-то по красивому коридору, кругом свечи, ковры, росписи, сплошной музей, и я говорю шёпотом.

Но есть вопрос, и он главный – нас там покормят?

– Нас там похоронят, – уверенно пояснил седой эльф, кивнув в сторону впереди идущей Нюниэли. – Внутри Холма её власть не сможет защитить нас.

Она – владычица и обязана первой блюсти букву закона. Как говорил нетленный мастер Хуань-фу: «Гору можно рассматривать справа, слева, спереди, сзади и даже сверху, но не изнутри. Ибо, чтобы познать суть горы изнутри, её надо срыть по песчинке! Но тогда она уже не будет горой…»

– Образно, модно, с претензией… Ну и к чему это?

– Не знаю… – повёл ушами философ. – Так, вроде… к слову пришлось. И потом, людям образованным такие фишки нравятся…

– Не всем. Лично меня восточные умствования никогда не прельщали, ибо где Восток – там арабы, а где арабы – там… Мы вновь упрёмся рогами в вопрос Палестинской автономии, а она у меня уже знаете где сидит?! Нет, вы таки не знаете! Я назову вам пять мест, и вы угадаете ещё одно, существенно ниже…

– Мы пришли, – подъесаул тихо тронул её за плечо.

Рахиль раздражённо стряхнула его руку и… восхищённо замерла – они остановились в огромной трапезной зале, прямо напротив роскошно накрытых столов.

– За одну кошерную курицу я прощу им всё! Ваня, не держите меня…

Глава семнадцатая"

"О том, что «казачье слово – дороже любого!».

В смысле любого другого. А если о нём напомнить под сто грамм… вообще – кремень!Не сомневайтесь, сначала их действительно накормили. Вечно Рыдающая Принцесса заняла положенное ей место на троне (рядом стояло такое же впечатляюще-богатое кресло, видимо, для будущего супруга), а троицу героев усадили на почётные места для дорогих гостей. Играла негромкая музыка в стиле раннего Блекмора, в центре зала горела здоровущая люстра на три сотни свечей.