Оба устроили перед собой свою законную добычу, оба поглядывали на мужчину снисходительно. Только Волк то и дело порывался хвостом вильнуть, но смиренно опускал морду на тихое порыкивание Светло-серого, с серебристым отливом Севера.

Покачав головой, хозяин дома устроил свою невольную гостью в глубоком, мягком кресле, подложив под голову небольшую подушку. Убрал с лица темные пряди волос, осторожно коснулся свежих царапин на скуле и наливающегося синяка на лбу. Пальцы задержались на бледной, почти прозрачной коже щеки. От желания щелкнуть ей по носу было просто непередаваемым, и он невольно хихикнул, расплывшись в мягкой, солнечной улыбке.

Что бы вздрогнуть от недовольного, настороженного и очень гневного шепота:

— Лапы прочь от частной собственности!

Псы ехидно тявкнули со своих мест и устроили морды на передних лапах, пряча под густой шерстью честно украденные вещи. А на самого невольного спасателя подозрительно смотрели огромные серые глаза. Щурились чуть, сверкали гневно и кажется, этот самый взгляд не сулил молодому человеку ничего хорошего…

Ну, во всяком случае, в ближайшие пару минут точно.

* * *Приходить в себя в незнакомом месте, в неизвестной компании, да еще от того, что кто-то настойчиво тебя щупает, было, мягко говоря, непривычно. Особенно, когда мозг, отошедший от коматоза, начинает неистово сигналить о том, что единственный допущенный к телу человек ну никак не мог оказаться в центре леса, в этом микрорайоне. Во всяком случае, случайно точно не мог.

Это если, конечно, Череп ничего от меня не утаил, когда экспресс-допрос на тему личной жизни проходил. Что сомнительно. Толя был человеком талантливым, блефовать в лицо превосходящим силам противника умел только так, те лапшу снимать с ушей не успевали. Вот только все его обаяние куда-то внезапно девалось, стоило ему попасться на глаза отчиму или мне. Чем мы, периодически, и пользовались, ага.

Ну так вот. Черепа тут точно нет, другим себя лапать я не разрешала, а значит, вывод может быть только один. Поздравляю, Мирослава, ты — вляпалась!"

"— Лапы прочь от частной собственности! — впечатляющий рык получился сам собой, вот честное студенческое. Но руку от моего лица убрали и я с трудом, морщась от головной боли, разлепила глаза, сощурившись подслеповато.

Отсутствие очков жизнь не облегчало, ни капли. И лицо человека напротив никак не желало складываться воедино. Пришлось с недовольным вздохом рукой подтянуть уголки глаз к вискам, что бы понять, где я, с кем я…

И какого черта тут вообще происходит!

— Кхм… — пятно напротив наконец-то обрело хоть какие-то очертания. И я с удивлением опознала в своем потенциальном маньяке-убийце то самое кудрявое недоразумение, с которым не так давно столкнулась на лестнице во втором корпусе.