Господи, кто ж меня надоумил на входящие звонки поставить тему из «Призрака оперы», да еще и с усилением басов, для пущего эффекта?! Самому бы послушать это гениальное творение композитора посреди ночи в глухом лесу!"

"Тем временем вой и треск веток раздавался все ближе и ближе, а телефон, как назло, не умолкал, нагнетая обстановку. Сердце судорожно билось в груди, норовя проломить ребра и убежать вперед меня. Адреналин бурлил в крови, добавляя скорости и ловкости, уберегая меня от падения в ближайшую яму. Вот только, когда впереди забрезжил просвет, в котором мелькали проезжавшие мимо машины, а в душе воспарила робкая надежда на спасения, как удача взяла и отвернулась от меня. Ну точно как в Поттере, когда внезапно закончилось действие зелья удачи!

Я обернулась всего на секунду, отвлекшись на чей-то мужской голос крикнувший «Волк!». Всего на одну чертову секунду! Но за это время нога зацепилась за очередной корень, а тело, подчиняясь законам физики, полетело вперед по инерции. И успев только коротко вскрикнув, я со всей дури влетела лбом в низко висевшую ветку.

Перед глазами вспыхнула плеяда звезд, а звон в ушах стоял такой, что заслушаться можно было. Рухнув на спину, я долго моргала, вглядываясь в святящиеся точки перед глазами и радуясь, что не грохнулась в обморок. Вот только когда мне на грудь опустились две тяжеленные лапы, а в лицо заглянула огромная оскаленная пасть, капая слюной на шею я…

Я ойкнула и тихо пробормотала:

— Не ешь меня, я тебе еще пригожусь… Наверное… — после чего благополучно потеряла сознание, впечатлившись внушительными клыками, замершими в паре сантиметров от моей тонкой шеи.

— Фу! Я кому сказал фу?! Отойди от нее ты, ужас летящий на крыльях ночи! И прекрати слюнявить ее лицо!

Суровый крик хозяина лохматый пес породы хаски стойко проигнорировал. Глянул снисходительно и принялся дальше активно принюхиваться к волосам своей добычи, переступая лапами по груди и животу лежащей на земле девушки.

И громко, выразительно чихнул, ткнувшись мокрым носом в чужую шею. Потерся пару раз, фыркнул и, стянув с головы девушки кепку, начал прыгать с нею в зубах по округе. Еще и хвостом вилял как пропеллером, а на морде было написано чистейшее удовольствие от проделанной пакости.

Угрызениями совести конкретно этот домашний питомец не страдал от слова совсем. Да и искренне считал себя в праве делать все, что захочется. Он ее учуял? Учуял. Догнал? Догнал. Повалил? Повалил. Все, теперь эта кепка его личная добыча и мнение всяких там людишек пса не интересует, ну вот совсем.

Даже если этот человек его непосредственный хозяин.

— Наглая собачья харя, — тяжко вздохнув, парень закатал рукава свитера и, потрепав сидящего у его ног пса, направился к лежащей без сознания девушке.