Марк искоса посмотрел на брата и хмыкнул, резко поставив бокал на стол. — А они есть, эти самые друзья? Друзья, которые не будут заглядывать в твой кошелек, не отвернуться, когда ты на мели и дернут назад, если заиграешься? Друзья, которым ты нужен, млять, просто так, а не для того, что бы вложиться в очередную неизменную херню? Есть они, эти люди? А если есть — то где? Ни один, мать вашу, не попался… Ни один. А этот мусор… — он едва заметно пожал плечами, равнодушно бросив. — Понятия не имею, кто они. Кажется, кто-то из нуворишей… Как сказала бы маман. Но за девчонку, спасибо. Дурочка она… Решившая, что сорвала куш.

— Марк, что с тобой происходит? — помолчав, устало спросил Эрик, проходя в комнату и остановившись у стола, напротив все еще не смотревшего на него брата. Верность собственных суждений уже не казалась такой… Однозначной."

"Кажется, когда-то что-то сломалось в Марке. Но что, когда и почему никто не заметил? Вот это вопрос, на который он сейчас усиленно пытался найти ответ.

— А кого это интересует, бра-а-атик? — хриплый смех резанул слух. Марк медленно, тяжело поднялся, отбросив пустую бутылку в сторону. И криво улыбнулся, засунув руки в карманы джинсов. — Не переживай. Со мной не происходит ничего такого, с чем я не справился бы, да… Ни-че-го.

И хлопнув его по плечу, Кальянов-младший чуть шатаясь и что-то напевая направился к двери, явно посчитав, что разговор на этом закончен.

— Марк, — глубоко вздохнув, окликнул его Эрик, даже не обернувшись.

— М-м-м?

— Завтра ты едешь в клинику к одному моему хорошему знакомому, — он говорил спокойно, уверенно и так, что сразу чувствовалось — возражать не стоит. — И мне плевать, как, но тобой займутся специалисты. Даже если мне придется засунуть тебя к врачам силой — я это сделаю, Марк.

— Как скажешь, — после минутного молчания, покладисто откликнулся Марк. И хмыкнул, все же уходя из кабинета. — Тебе виднее, бра-а-атик…

Сам хозяин дома не был уверен в том, что ему виднее. Но и продолжать политику невмешательства тоже не мог. И очень надеялся, что сможет помочь тем. кто ему дорог.

Хотят они того или нет.

Глава 13

Привычный аромат шоколада с легкой ноткой корицы и самой малости — горчинки черного, крепкого кофе, окутал меня, проникая в сон. Он безбожно дразнил нос, вынудив-таки открыть один глаз.

Чтобы тут же закрыть снова, простонав с ноткой обиды:

— Нельзя, нельзя так улыбаться с утра пораньше, кудряшка! Это прямое насилие над моей бедной, ранимой психикой!

— Думаешь? — тихо рассмеялся Эрик, ставя на тумбочку рядом с кроватью большую, пузатую кружку с стилизованной совой на боку.

— Уверена, — повела носом, принюхиваясь. И все же сдалась, пихнув в бок развалившегося поперек меня Волка. — Кыш. мохнатое чудовище.