Быть влюбленной это странно, как по мне. Постоянно сбиваться с толку, вспыхивать от злости и тут же гаснуть, искать подвох, второе дно, подтекст и просто чужой взгляд. Во всяком случае, так я думала глядя сначала на своих одноклассников, потом однокурсников и просто знакомых. А еще искренне не понимала, как до них не доходит, что отношения, особенно такие как любовь, это парная игра, где нет всегда правых и всегда виноватых. И все может рухнуть, стоит только подточить доверие своего партнера.

Теплые пальцы коснулись моей руки, лежащей на коленке. Прошлись в легкой ласке по тонкому запястью и крепко сжали ладонь, словно спрашивая разрешения. Глянув на Эрика, продолжавшего следить за дорогой, я только усмехнулась, переплетая наши пальцы.

Да, быть влюбленной это странно. Но здесь и сейчас мне нравилось это состояние. И все проблемы были где-то далеко-далеко, не имея никакого отношения ни ко мне, ни к этому чудному мажору, рядом с которым было так легко и тепло.

О том, что будет потом, я старательно пыталась не загадывать. В конце концов, старый добрый завет небезызвестной Скарлетт О’Хара «Я подумаю об этом завтра» никто не отменял, так ведь?

Вот только по закону подлости, на подумать не оставили ни времени, ни возможности. Заехав в гараж, Эрик помог мне выйти из машины и, помолчав немного, тихо поинтересовался:

— Чаю?

— Можно, — задумчиво кивнула в ответ, чувствуя странное недоумение, пока шагала следом за парнем в сторону дома.

Вокруг царила странная, нервирующая меня тишина и пустота, от которой на душе скреблись самые настоящие кошки. Засунув руки в карманы и нахохлившись еще больше, я зыркала по сторонам, в попытке понять, чего мне так остро не хватает-то. Причем, судя по ощущениям, чего-то такого, к чему я успела привыкнуть и пристраститься за время работы собачьей няней. И теперь, когда каждый шорох отдавался гулким эхом не только в ушах, но и во всем особняке, без этого самого неизвестного «чего» было как-то дико.

— А… — попытка оформить терзавшие меня сомнения в слова провалилась, толком и не начавшись.

— Прислуга отправилась по домам, — невозмутимо пожал плечами уверенно шагавший в сторону кухни Кальянов, по-своему поняв мой не озвученный вопрос. — А Марк, пор всей видимости, отправился в очередной загул по клубам вместе со своими друзьями. Так что мы, в кои-то веки, предоставлены сами себе и… Твою мать!"

"То, что произошло дальше, явно не вписывалось ни в один из сценариев, по которому мог пройти этот вечер и следующая за ним ночь. И уж точно из нас двоих никто не мог предположить, что мы найдем на кухне пустого дома в восемь вечера. Однако, врезавшись в застывшего на пороге Эрика, я чертыхнулась, потирая пострадавший нос, и выглянула из-за его плеча, пытаясь понять, в чем же дело.