Не жду ответа, поворачиваюсь, чтобы уйти, и уже второй раз за полчаса меня ловят за локоть, но в отличие от холодных лап Федорова, прикосновение Умарова обжигает даже сквозь одежду.

Разворачивает меня к себе, и я поднимаю на него растерянные глаза. Так и стоим. Молча.

Баграт рассматривает меня, не убирая своей руки, смотрит так, что кожу покалывает и жжет, а я не могу ничего понять по его непроницаемому лицу, по холодному выражению стальных глаз.

На доли секунд кажется, что мужчина под внешне спокойной оболочкой просто кипит, но стоит ему моргнуть, как это ощущение бесследно исчезает.

Опять острый взгляд проходится по моему лицу.

Я не понимаю его… Не осознаю, что может зацепить во мне такого мужчину, но уже ловлю на себе завистливые и шокированные взгляды некоторых запоздавших девчонок, которые проходят мимо.

– Спокойной ночи, – наконец, выговаривает спокойно, улыбаюсь робко, прощаясь, но Баграт оглушает безапелляционным: – До завтра, Надежда, до завтра…

Поначалу боялась его, пугалась, ускользала, а он появлялся на моем пути снова и снова. Встречал у универа, провожал, а я, как и многие эффектные девушки, не могла понять, что такой представительный мужчина делает рядом с замухрышкой в старом пуховике…

Да-да.

Не верила, что могу заинтересовать…

Отнекивалась. Засиживалась допоздна в библиотеке и не спешила в общагу, чтобы вдруг не встретиться…

Но…

В один прекрасный день, а точнее, вечер, когда я полностью погребена под тяжестью книг и учебников…"

"Горячая рука опускается на мое плечо, вскрикиваю приглушенно, тихо, от страха горло спазмом стягивает, поднимаю глаза и тону, столкнувшись с темными графитами.

Не верю глазам своим. Посторонний в читальном зале университета, когда нас охранники даже без студенческого не пускают, хотя хорошо знают в лицо, заставляют возвращаться и приходить с корочкой.

– Г-господин Умаров… Ч-что вы тут делаете? – понижаю голос до шепота, осматриваюсь по сторонам, чтобы перестраховаться.

Боюсь, что если мужчину заметят, то нагоняй получу я за то, что посторонний в зале, но никого из охраны не наблюдается поблизости. Чудеса.

– Баграт, Надя. Мы же договорились, – тянет губы в улыбке и разваливается на стуле, а я смотрю на крупную фигуру мужчины, который бросает короткий взгляд на мои конспекты.

– Старательная девочка, ты, может, и спать в библиотеке будешь? – спрашивает как бы невзначай и с глухим скрежетом придвигает ко мне стул, разворачивает и садится, широко раздвинув массивные ноги и опираясь локтями о спинку.

В шоке наблюдаю за происходящим и пожимаю плечами.

– Почему на звонки не отвечаешь, малышка?

Мой шок становится еще большим. Я не давала Умарову номер своего телефона.