— Ты в порядке?

— Я на тебя не смотрю! — выпалила я и быстрым шагом пошла к аудитории.

Подойдя к двери, я не выдержала и оглянулась: выражение лица Грея было напряженным. Он смотрел на меня, не отрываясь.

Так что я вздохнула с облегчением, когда занятия наконец остались позади, и мы с Селией вышли за стены академии.

— Наконец-то! — обрадовалась она. — Я голодна, как стая грифонов! Твоя тетушка ведь сегодня собирается готовить пирог с требухой, да?

В ее голосе послышались умоляющие нотки, и я засмеялась. Уверена, как минимум наполовину Селия дружила со мной из-за того, что моя тетушка держала таверну, где можно было попробовать пироги с требухой, эль, жареные ребрышки и тминный пирог.

Это все было “едой бедняков”, так что не было и речи о том, чтобы такие блюда были поданы за столом в семье Селии. Зато в таверне моей тетушки Селия могла от души лакомиться ребрышками, перемазавшись в жире, и ничуть не волноваться о том, что “леди едят, как птички!” Ну да, ну да… Размер птичек лучше не уточнять.

— Селия! — услышала я голос за спиной.

— Денни! — обрадовалась она, обернувшись. — Догоняй!

Я улыбнулась, останавливаясь.

С Денни мы познакомились еще на первом курсе. Как и Селия, он был не из самого богатого рода и уж точно не из самого знатного."

"А еще Денни повезло иметь дар некромантии. Притом что трупов, кладбищ и даже темноты он боялся до ужаса и вообще крайне выбивался из ровных рядов мрачных и неэмоциональных некромантов. Стоило ли говорить, что с учебой у него были проблемы.

В общем, у нас с ним было много общего. Потому мы и подружились.

— Догнал. Привет Селия, — выпалил Денни, поправляя круглые очки.

Он был высоким, широкоплечим, с коричневыми волосами и одеждой, которая вечно была перепачкана чернилами.

Или землей. Или еще чем-то, о чем я предпочитала не думать ради собственного же душевного спокойствия: у некромантов было слишком много практических занятий.

— Привет, Денни, — поздоровалась я.

Он вздрогнул и только в этот момент перевел на меня взгляд. Его щеки покраснели, Денни снова поправил очки.

— Лори, — сдержанно проговорил он, отворачиваясь и роняя зажатый подмышкой учебник. — Рад тебя видеть.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Почему-то, несмотря на то, что мы дружили уже больше года, Денни всегда обращался ко мне официально, как будто писал письмо не слишком любимой дальней родственнице.

Редко смотрел в глаза, отворачивался, краснел, бледнел. С Селией они отлично ладили. Я подозревала, что он в нее влюблен — но так и не смогла добиться от Денни правды.

— И я тебя тоже, — хмыкнула я.

— Пойдем быстрее! — воскликнула Селия. — У тетушки Лори сегодня на ужин требуха!

Интересно, Селия единственный человек в мире, который так рад пирогам с требухой?

— О… — проговорил Денни. — Да.