— После предательства, — процедил Фредерик. — Это не первый раз, когда твоя… мать оставляет нас и отправляется на поиски лучшей жизни, называя это вдохновением, а себя творческой натурой. Но это не так. Это предательство, Бастер, и когда ты это поймёшь, всем нам будет легче.

Бастер упал обратно в кресло и вздохнул, растирая лицо ладонями.

— Она беспечна, легкомысленна, но мне её иногда не хватает, а ты запретил даже видеться с ней.

Фредерик подавил тяжкий вздох и, ругая себя за слабость, произнёс:

— Если хорошо сдашь теорию, на отлично, отпущу тебя к ней на Праздник Зимы. На три дня.

— На неделю! — обрадовано воскликнул Бастер, подскочил и протянул ладонь, чтобы закрепить сделку.

— Договорились, — усмехнулся Фредерик и пожал сыну руку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2.2

Закончив дела, Фредерик отправился на другой конец столицы в особняк семьи Моррей.

Паровая машина гудела и тряслась, но в целом ехала быстрее привычной всем кареты, да и проходила по узким улицам, только защитные очки сильно давили на глаза и, чего уж говорить, от шума закладывало уши.

В Стоунгарде ещё не у всех есть это чудо техники, но Фредерик тепло относился ко всему современному и удобному. Приобрёл сразу, как только первые машины сошли с конвейера.

Особняк стоял на возвышенности, но не был обнесён забором и не имел собственного двора, хотя пара клумб перед входом имелась."

"Фасад светло-песочного цвета и острые шпили крыши, тянущиеся вверх. Покачивающийся скрипучий флюгер и узкие полукруглые окна в стиле барокко. Друг любил всё не слишком современное и редко следовал за модой.

Фредерик потянул на себя рычаг, останавливая машину и заглушил тарахтящий мотор. С удовольствием снял очки, досадуя, что от них остаются красные следы вокруг глаз. Отсиживаться уже нет времени, дел скопилось слишком много.

Спрыгнул на землю и направился к высокому крыльцу с каменными перилами. Поправил шейный платок и нажал на кнопку звонка. Внутри дома переливами раздался звон.

Дверь открыли спустя минуту. Снизу-вверх на Фредерика смотрела русоволосая горничная, похожая на послушницу монастыря.

— Я бы хотел увидеться с миссис Моррей.

Горничная подозрительно прищурилась.

— Прошу прощения, сэр, но миссис Моррей недавно стала вдовой и сейчас не готова никого принять, — женщина собиралась решительно закрыть дверь, но Фредерик вовремя выставил ногу.

— Передайте, что пришёл Фредерик Вольф… рам, — Фредерик не договорил, увидев, за спиной горничной, заплаканное бледное лицо, которое закрывала чёрная вуаль.

— Спасибо, Марта, — шмыгнув и приложив к носу платок, произнесла супруга Вольдемара.