— В смысле — выйдешь из храма только после обряда бракосочетания, моей законной женой, — еще больше рассердился Лесар.

Я его, конечно, понимала. Вот если бы он сгинул в странной комнате, то я не только его мужем бы сделала, но и цепью к себе приковала. Навечно.

— Согласна, — зачем-то кивнула я. — Но с одним условием.

— Превосходно! Обряд немедленно, а все условия после! — возликовал страж. Бледность сошла с его лица, и на щеках заиграл легкий румянец.

Серые глаза блестели азартом. И я успокоилась. Если любимый мужчина счастлив, то и у женщины на душе радостно. Хочет свадьбу — будет ему свадьба.

— Мама, несите браслеты! — заявил он.

У леди Рацис округлились глаза, она охнула и, подняв пышные юбки, ретировалась из комнаты.

Мне же страж предложил руку, помогая подняться. Признаться, принимала я ее с осторожностью, размышляя о том, не слишком ли скоро и опрометчиво дала согласие? И что это за браслеты такие? Наручники? Лорд понимает толк в ролевых играх? У нас и времени не было попробовать что-то новенькое в постели. Все игры заканчивались пусть и чувственным, но вполне ожидаемым сексом с использованием скучных традиционных поз. Впрочем, никто не был разочарован.

И все же…

— Возможно, мы слишком торопимся… — вяло прозвучала моя жалкая попытка достучаться до жениха.

— Не думаю, — отчеканил Лесар. Он вел меня за руку по лестнице. Причем, точно знал, куда мы направляемся.

— А что если поговорить с отцом, посоветоваться, спланировать…

— Поздно, Инни. Поздно.

Волнение нарастало.

— Может быть, мы могли бы…

— Не могли!

Он остановился и резко развернулся, а я от неожиданности впечаталась в его грудь. Серые глаза испепеляли, будоражили, возбуждали. Я дрожала, словно лист на ветру, но взгляда отвести не могла.

— Трусишь? — прищурился Лесар.

— Еще как, — честно призналась я, потому что… потому что в таких вопросах откровенность — это главное правило. Иначе ничего не получится.

— Сейчас не время бояться, девочка моя, — хрипло, томно и чувственно в своей манере успокоил меня жених.

Ну и ладно. Лучше Лессара мужчины нет, а хуже мне не нужно.

— Тогда… пошли? — спросила я.

Он кивнул величественно и немного манерно. В зал со статуей Адана мы входили, как пара, рука об руку. Обряд практически ничем не отличался от наших. Тех, что проходят повсеместно в ЗАГСах. Только вместо дородной дамы, читающей зычным голосом положенный текст, выступала мать жениха.

Что касается браслетов… Это были никакие не наручники, а тонкие золотые ободки, которые бесследно исчезли, впитались в руку, как только соприкоснулись с кожей, оставив вместо себя едва заметные следы.

Вопросы типовые. Их, наверное, во всех мирах под копирку пишут.