"

"И не страшно! Вдруг заметив оторопевшие взгляды, уставившиеся на что-то за моей спиной, я обернулась. Царевич стоял на проходе в наш отдел опенспейса, другие сотрудники тянули с интересом головы в сторону скандала. Кулак Андрея Викторовича прямо у меня на глазах сжал какой-то документ в комок, и голубые глаза стали тёмными, как асфальт под дождём. Царевич швырнул на первый попавшийся стол бумажку и рыкнул:

– Ваше, Кутейкина. Анжела! Ко мне в кабинет! – развернулся и пошёл к себе семимильными шагами.

– Мама… – присела на стол грудастая дива в обтягивающем платье и совсем другим голосом промямлила: – Он меня сейчас уволит…

Я обмерла, глядя на смятую бумагу.

Это был приказ на отпуск. Мне. А я же не просила.

Андрей обернулся уже с лестницы и проорал на весь офис, как майский гром, аж лампа дневного света у объявлений закоротила:

– Анжела!!! Мне долго ждать?!

Озоном запахло. Или чем-то другим… Все мигом спрятались за перегородками, будто суслики в норки. Дрожащая дива кинулась за шефом, перебирая высокими каблуками и путаясь в ногах. Я перевела взгляд на широкую спину Андрея: он быстро поднимался по лестнице с царственно развёрнутыми плечами и гордой посадкой головы.

Кажется, я его обидела.

Досадно. Я не хотела. И ведь никогда не была такой бестактной, что это со мной творится?!

Я села в свой угол, расстроенная, и вдруг что-то пискнуло в моём сердце: «Ой, если он обиделся на меня, значит ли это, может ли это значить, совсем маленькую капельку-капелюшечку, что ему не всё равно?»

Я закусила губу и спросила себя об этом снова. И хотя на душе было скверно, в конце моего тоннеля что-то забрезжило. Робкое и светлое. Кажется, это была надежда.

* * *Моя надежда на светлое будущее не угасла даже из-за отчаянно рыдающей за столом Анжелы, которой Анечка и Сергей с двух сторон совали воду в стаканах.

Царевич её не уволил, так как вещи она не собирала, но, учитывая, что сквозь всхлипы бормотала наша дива про надбавку и бонусы, по головке её не погладил. Лишил сладкого.

Мне было её жалко – не могу, когда кто-то плачет. Кажется, что воздух вокруг становится неправильным и оттягивает плечи вниз пудовыми гирями. Но разговаривать и утешать не хотелось. Тем более, что на меня поглядывали все как-то не добро.

Не прошло и получаса, как ещё двое менеджеров из «хозов» и «подарков» выскочили из кабинета царевича, словно ужаленные в нос щенки. Шепотки и недовольный гул разнеслись по офису, но стухли в напряжённом молчании, едва вампир из поднебесья появился в дверях своего кабинета. Он обвёл глазами вотчину. Стало ещё тише. Царевич куда-то ушёл, вернулся, и начались трудовые будни.

Анжела больше не рыдала, звонили телефоны, сотрудники уткнулись в компьютеры, некоторые деловито и быстро проходили по проходам, косясь в мой угол.