– Нет, пап, Маруська ещё не совсем поправилась. Перенесём на следующую неделю.

– Видел её – абсолютно здорова, – парировал отец. – Лети. Ольга уже купила тебе билеты.

– Тогда я полечу с переводчицей, пусть купит второй. Не зря же она на курсы ходит.

– Английским обойдёшься, – ответил отец и снова стал темнее тучи: – Я не шучу насчёт Кутейкиной!

Я засунул под мышку ноут и сказал тем же тоном:

– И я не шучу!

– Ты хочешь оспаривать мои решения?! Попробуй! Сам знаешь, последуют санкции!

– Они будут ответными, – заявил я.

– Совсем обнаглел!

– Да, папа, – спокойно кивнул я. – Я наглый, всесторонне образованный, плохо воспитанный, и при этом совершенно и давно взрослый. И не заставляй меня принимать предложение от крупнейшего европейского оптовика, а то ведь я могу. Они ждут. Хорошего дня!

Он не успокился:

– И всё-таки я категорически против…"

"Не дослушав, я закрыл плотно дверь. Великий «император Виктор Геннадьич Гринальди» всегда и категорически против всего: чтобы Маруська на свет появилась; чтобы я настоял на единоличной опеке над ней; чтобы я участвовал в любительском парном чемпионате по теннису; чтобы я лез с друзьями-спелеологами по пещерам в Колумбии; чтобы я вообще решал что-то сам. Но при этом хочет, чтобы я в итоге стал директором. Парадокс. Иногда мне кажется, у моего старика когнитивный диссонанс или волосы, пересаженные из подмышки на лысину что-то не то передают, как антенки, в мозг. Я всё равно всегда и всё делаю по-своему. Кстати, в тех пещерах было офигительно! И с Катей тоже…

Я улыбнулся бледной Ольге, притихшей за секретарским столом, и сказал:

– Билеты в Китай оформи так же на Катерину Кутейкину. Я полечу с переводчиком.

– Но…

Я изогнул бровь:

– Какие могут быть «но»? Ты будешь оспаривать мои решения?!

Она побледнела ещё сильнее, а я пошёл к себе. Надо было поднять документы по китайцам, проверить отчёты и придумать, куда повести на обед Катю. Всё-таки я совершенно и категорически не похож на своего отца. Если форму ступней не считать. И нос…

Глава 30

– Как это – у тебя нет загранпаспорта?! – спросил Андрей с таким видом, словно я сказала, что живу в пещере и не умею пользоваться водопроводом.

– А зачем он мне? – робко спросила я.

Он тут же смягчился и улыбнулся с пониманием, а я мысленно пополнила список его положительных качеств. Честно говоря, было в нём что-то загадочное. Как ему удаётся быть таким холодным, натуральным вампиром в офисе, с другими, даже с администратором великолепного ресторана «Париж», в который он привёз меня через весь город, и мгновенно меняться рядом со мной?

Андрей начинал улыбаться, шутить и превращался, как по мановению волшебной палочки, в самого красивого на свете молодого человека с нежностью во взгляде, стоило нам остаться один на один.