— Они договорились?

— Да. Но вам, как родственнице, тоже нужно подписать кое-какие документы.

Я отправляюсь за доктором.

Вхожу в кабинет.

Марк и этот доктор выглядят так, как будто готовы схватиться в драке в любую секунду. Смотрят друг на друга с такой дикой яростью, что, кажется, сейчас даже воздух вокруг них взорвется!

— Значит, ты все-таки женился, Марк.

Шаповалов даже не смотрит на меня. Пытается поджечь или уничтожить взглядом Марка.

— Как видишь. И очень счастлив в браке, — Марк не отстает в такой же странной ярости.

— Имей в виду. Я соглашаюсь на это только потому, что моя жизнь в том, чтобы спасать другие жизни.

А тут именно такой случай. В другое время я с радостью тебя растоптал бы. И растопчу, когда будет такая возможность.

— Это взаимно, Борис. Даже не сомневайся.

Я быстро присаживаюсь на стул и подписываю там, где стоят галочки.

— Надеюсь, мы больше не увидимся.

Рявкает это светило в лицо Марку.

Муж молча разворачивается. Пропускает меня вперед. И оглушительно хлопает дверью, когда выходит. Так, что мне кажется, она сейчас сорвется с петель.

— Все будет хорошо, Маша.

Его тон тут же меняется.

Становится нежным.

Марк берет меня за руку и переплетает наши пальцы.

— Он мастер своего дела. Если кто-то и способен сделать чудо, то это он. И еще…

— Да?

— Виола там нашла какую-то новую методику. Говорит, очень высока вероятность беременности.

— Марк…

— Я понимаю. Не сейчас.

Он до боли сжимает мою руку.

— Но… Ты подумай, ладно? И еще. Я делаю все это без всяких условий. Потому что делаю для тебя.

Марк быстро целует меня в губы прежде, чем я успеваю отвернуться.

Быстро отпускает мою руку и уходит к своей машине.

И…

Я буквально физически чувствую сейчас его боль.

Ему правда. Больно.

Остаток дня я провожу в палате с бабушкой. До тех пор, пока меня не просят уйти.

Выхожу на воздух и решаю прогуляться. Здесь неплохой парк, а Геннадий так и едет за мной.

Внутри полный сумбур. Абсолютный раздрай.

Но…

Я знаю точно только одно. Наверняка.

Пусть я и была слепой, но за это время я научилась чувствовать своего мужа. Его каждую эмоцию.

Ему и правда больно. Сегодня он был искренний. На все сто.

Могу ли я ему поверить?

В том, что он больше не допустит такого? Что будет жить только семьей?

Это не значит, что я забыла.

И не простила. Но…

Марк говорил от чистого сердца. И я видела, я чувствовала его боль!

А еще он явно переступил через себя ради этой операции. Видно же, что пошел на это только ради меня.

И…

Марк будет хорошим отцом. Это я тоже знаю точно. Он всегда безумно хотел детей. Имею ли я право его лишить этого? И нашего ребенка оставить без отца?

Слишком много сумбура."

"Решаю поужинать в кафе прямо в парке.

Домой не тянет. Даже наоборот. Мне становится плохо, когда я думаю о нашей квартире.