Мы встречались ещё полгода и поцелуи были какие-то особенно трепетные, а когда Матвей узнал, что я никогда и не с кем, в тот же вечер позвал замуж. Он стоял на коленях, целовал мои руки и делал самое чудесное предложение руки и сердца. На крыше одного из небоскрёбов, где обустроили место при свете гирлянд и тёплых пледов как раз для таких мероприятий. И я тогда тоже сказала да, чтобы в эту же ночь стать по-настоящему его.

Матвей был шокирован больше меня. Он носил меня на руках весь следующий день и, не переставая целовал, чтобы я не подумала, что он с плохими намерениями, а я была счастлива.

Как была счастлива все эти годы. Единственное, что я могла делать в благодарность за такую любовь, это соответствовать ожиданиям Матвея. Быть идеальной женой.

От которой всё равно гуляют.

И сейчас я, не понимая, чем заслужила такое, просто едва шевеля губами, задавала один вопрос:

— За что? За что, Матвей?

А он растерянно переводил холодный взгляд с меня на свою беременную любовницу и не знал, что сказать. И тогда я решила уточнить всё же:

— Её ты очень хорошо покатал на своём байке, да?

В этот момент девица переспала ныть, а Матвей заледенел лицом. Его губы сложились в прямую линию, чтобы отчеканить такое банальное:

— Это не то, что ты подумала…

— Ну так объясни тогда, что я могла не то подумать, когда твоя беременная шлюха пришла в мой дом?

Мой голос обретал силу. Внутри ядом разливалось осознание, что Матвей никакой на идеал, а просто обычный мужчина, который поступил как проще.

— Объясни, что она здесь делает? Может, предложишь её ребёнка усыновить, раз я такая дефектная? Ну же!

Я встала с пола и тряхнула волосами. Матвей отшатнулся.

— Не надо сейчас кричать… — попросил он ещё спокойным тоном, но в нём угадывались первые ноты власти.

— Ты считаешь, я кричу? — переспросила я, повысив голос, и шагнула к коридору.

— Не смей. Даже не думай, — предостерёг меня Матвей, шагая за мной.

Я покачала головой и дёрнулась к двери. Матвей постарался перехватить меня, но сама мысль, что он может прикоснуться ко мне сейчас, поднимала бурю омерзения. Как он вообще смеет меня трогать после своей этой…"

"— Только попробуй сейчас сбежать и я… — вот теперь Матвей не шутил. Теперь он точно был рассержен, хотя я не понимала почему на меня.

— И что ты? Сделаешь ещё одного ребёнка с другой девкой? — нарочито безразлично бросила я, скрывая за язвительностью всю свою боль.

— Я сделаю так, что ты всё равно придёшь ко мне, но говорить мы будем на моих условиях.

Глава 3

Я не верила словам, которые только что процедил Матвей. И только из-за своего недоверия и, чтобы не натворить глупостей, я сдёрнула с вешалки ветровку, подхватила ключи от машины и вылетела в подъезд. Даже обувалась я на бегу, просто впрыгнула в кеды.