Выглядел Феликс феерично, глаза и татуировка горели голубым огнём. Его движения для большинства стали размытыми, он неплохо ускорился. Помня приказ, кот вырубил командующего этим караваном и двух его охранников.

Охрана клеток резко кончилась, мы взяли пятерых живыми. Внезапно из темноты в нас полетели сгустки пламени. На помощь каравану из трущоб пришёл маг. Мы рассредоточились за укрытиями. Пока нападавшие вели неприцельный огонь, я посчитал людей. Все были в строю только двое легко раненых, их сослуживцы помогали перевязать раны.

Неизвестный маг всё так же палил не прицельно, но явно двигался в нашу сторону.

Отсутствие информации о враге стало напрягать. Внезапно вспомнил, что Феликс нашёл на улице один из кристаллов, которыми хотели поджечь мой трактир. Достав его из кармана, взял у одного из бойцов платок и сложил в него кристалл с камнем, чтобы было удобнее метать. После очередного сгустка огня прикинул траекторию, и метнул импровизированный снаряд."

"Результат мне понравился. Магов было двое, первый кидался огнём, второй держал барьер, который скрывал в тени отряд, спешащий на помощь каравану.

Барьер без проблем пропустил мой подарок и полыхнул под ногами мага, держащего барьер. Огонь охватил его самого и ещё троих. Верещали погорельцы громко, остальные замедлились, не понимая, что теперь делать. Этой заминки хватило, чтобы рассмотреть второй отряд. Часть из них, что охраняла второго мага, явно были дружинниками одного из дворян.

К мысли о том, что мы опознали в нападавших дружинников, пришёл также командир отряда нападавших. Отрывистые команды и вся эта толпа побежала в нашу сторону. Было их порядка тридцати, хорошо, что пешими, это давало шанс отбиться.

Но потерей в первую ночь удалось избежать. На полном ходу в атакующих влетели всадники первой роты. Я заорал Моргану, чтобы брали магов, с остальными теперь справимся. Итогом этого грандиозного по местным меркам замеса, стало двенадцать арестованных и почти три десятка убитых. Маг огня успел уйти, но труп его коллеги остался у нас. В живых остались четверо дружинников барона Камойса, их цвета опознал Морган. Это был явный залёт, за который всю мужскую часть рода могли отправить на виселицу или сжечь заживо, поэтому мы не двигались, а заняли круговую оборону.

Через полчаса прибыл де Ревель с полусотней второй роты. Бойцы поголовно в тяжёлой броне, с арбалетами и запасом зачарованных болтов, всё по-взрослому.

Погрузив живых пленников в их же железные клетки, мы организованной колонной двинулись к штабу полка. Пока двигались, де Ревель отправил вестового к ближайшему судье, чтобы в дворянском собрании никто не посмел усомниться в моих словах, несмотря на клятву. Пленники раскололись сразу, понимая, что пропетлять не выйдет.