С другой стороны, я же не свидание иду, а на дружескую встречу. И это не сравниться с тем, что натворил Захар.

— Хорошо, — подумав, киваю.

Роман улыбается, как Чеширский кот, и достает из кармана брюк смартфон.

— Скажи свой номер…

— Записывай… — улыбаюсь в ответ.

Я диктую Гордисанову цифры и одновременно испытываю какой-то странный, жгучий дискомфорт, как будто ко всей правой стороне моего тела поднесли что-то раскаленное.

Инстинктивно обернувшись, вижу Захара, который, спрятав кулаки в карманы темно-серых спортивных штанов, стоит поодаль от нашего столика и наблюдает за мной.

Улыбка тут же исчезает с моего лица, я застываю в каком-то немыслимом ступоре. Перестаю слышать голоса и музыку, а вся окружающая обстановка будто трескается, как фальшивая фарфоровая декорация.

Я перестаю видеть что-то, кроме прожигающих меня насквозь глаз мужа, когда-то светло-голубых, а сейчас цвета штормового океана.

Почему Захар здесь? Откуда он узнал, что мы с Аленкой в кафе? Я не понимаю.

Мое сердце учащает ритм, когда муж делает один медленный шаг в мою сторону. Но и этого достаточно, чтобы я тут же подскочила со стула.

Зная взрывной характер Суворова, я беззвучно молюсь, чтобы он ничего не устроил. Хотя кафе детское, и вокруг столько малышни, что, надеюсь, все обойдется.

Захар ревнует и он слышал, как я диктовала свой номер Роману — это понятно по каменному выражению лица мужа.

Увидев мою реакцию на Суворова, Рома тоже встает.

— Это папа Аленки, — объясняю я, чтобы разрядить обстановку. — Захар. А это мой знакомый Роман Гордисанов, когда-то мы учились в одном институте.

Я не рискнула заявить Суворову, что Рома был моей первой любовью, чтобы не провоцировать Захара.

Он и так задыхается от злости — я это чувствую.

Но Захару совсем не до знакомства. Он, бросив на Рому хмурый взгляд, вновь буравит меня глазами.

— Пойдем поговорим."

"— Я занята, — отвечаю и с трудом заставляю себя улыбнуться. — Мы празднуем день рождения Златы, — киваю на именинницу.

— Ненадолго. Не успеет скучиться по тебе Роман Горисранов, — оговорившись, настаивает муж.

— Гордисанов, — звучит за моей спиной голос Ромы.

Чувствую, что обстановка начинает накаляться.

— Ладно, — сдаюсь я. — Идем.

Наверное, у меня побледнело лицо, потому что физически от внезапной встречи с мужем чувствую озноб и дрожь.

Рома догадывается, что со мной что-то не так, и задерживает, взяв за предплечье.

— Точно все нормально, Лиль? — спрашивает он тихо.

А мои глаза увеличиваются до размера блюдец от того, что Рома схватил меня при муже.

— Не трогай мою жену, — подозрительно спокойно звучит предупреждение Захара.

Я быстро одергиваю руку и выхожу из-за стола.

Если Роман похож на белозубого принца из сказки, то Суворов скорее дракон.