Выскакивает и тут же врезается в широкую грудь мужчины.

Глава 4. Сосед

Аделия

— Ч-черт! — шипит мужчина.

— О господи! Прошу прощения, вы не обожглись?

На его рубашке расплывается огромное коричневое пятно. Термокружка валяется на полу.

— Уже в который раз убеждаюсь, что не нужно закручивать крышку на ходу, - сетует он.

— Простите, пожалуйста, — прикладываю руку к груди. — Я оплачу вам химчистку или куплю новую рубашку, только прошу, скажите, как мне загладить свою вину.

Рядом с ним стоит девочка лет пяти и с интересом разглядывает меня.

— Здрасте.

— Здравствуй.

Быстро моргаю и всматриваюсь в лицо молодого мужчины. Возраста он примерно как Рома, и это, пожалуй, единственное, что есть у них общего. Красивый. Лицо доброе, улыбчивое. Волосы светлые, глаза голубые. Зависаю, рассматривая его.

— Бутерброд.

— Что? — недоумеваю я.

Он улыбается, наклоняется и сжимает зубами остаток бутерброда, жует его.

— Ну вот. Вина заглажена, — говорит, доев.

Впервые за прошедшую неделю тяжелый груз, придавливающий мою спину, падает, и я смеюсь.

— Никита, — протягивает мне руку. — А это Женя, моя дочь.

— Аделия.

— Красиво.

Замолкаем. Глупо улыбаемся друг другу.

— Мы живем на пятом, — говорит он.

— А я на втором, — ой, дура-а-а…

— Я знаю.

Заливаюсь краской.

— Простите еще раз, я, наверное, пойду, — произношу робко. — У меня сегодня жизненно важное и просто необходимое собеседование, не хочется опоздать.

— Что ж, тогда удачи вам, Аделия. А я пошел переодеваться. Жек, мы успеем в сад? — весело спрашивает у дочери.

— Хоть бы нет, — закатывает глаза.

— Простите еще раз!

— Если еще раз извинитесь — я и вправду обижусь, — подмигивает.

Он заигрывает со мной? Правда запоздало ходит до меня.

Наконец мы прощаемся, и я иду на остановку трамвая. Такси мне нынче не по карману. Кутаюсь в шубку, быстро перебирая ногами. Мысленно делаю заметку: купить шапку, потому как капюшон хорошо, но с шапкой будет теплее.

Через две остановки добавляю мысленно еще один пункт: купить нормальные сапоги. Эти, безусловно, красивые и качественные, но не греют вообще.

От остановки иду быстро и, уже добравшись до офиса, торможу в дверях. Черт. Это же офис, где работает Димка. Он звонил мне на днях — видимо, слухи о разводе с мужем дошли и до него, — но я малодушно не приняла вызов.

Не хочу я расспросов. Хочу тишины и покоя.

Охрана пропускает меня, на ресепшене встречает девушка, проводит в переговорную.

— Аделия Виссарионовна, босс задерживается, вы пока располагайтесь, мы начнем буквально через десять минут.

— Конечно, — улыбаюсь.

Нервы натянуты, сердце выскакивает из груди. Если Димка узнает, что я пыталась устроиться к нему в компанию, — обидится. Он самый настоящий друг, который всегда приходит на помощь и наверняка посодействовал бы мне.