У меня есть для чего жить — мой… Нет, наш с Рэгвальдом малыш, наследник. Но как же мне сейчас больно!

Внезапно свет перекрывает огромная тень. Испуганно распахиваю глаза и вижу, как ко мне, планируя спускается огромный обсидиановый дракон.

В груди жжет от того, насколько я хочу и боюсь поверить в то, что я вижу. Но мой амулет не дает повода для сомнений: он светится так же ярко, как луна.

Сердце так бешено стучит, будто готово вот-вот выпрыгнуть из моей груди. Кажется, что я готова объять им весь мир, и еще останется место.

Дракон приземляется на крышу, снова ломая черепицу, которая падает на белый мрамор балкона. В нос бьет знакомый земляничный запах, а к ногам падает маленький букетик ягод.

Поднимаю его, втягиваю удивительный аромат, теперь навсегда ассоциирующийся у меня с надеждой и радостью, и кидаюсь к дракону. Он опускает ко мне свою огромную черную морду, а я отчаянно прижимаюсь к ней щекой.

— Мой дорогой, милый, любимый. — Глажу его, аккуратно перебираю пальчиками чуть шероховатые чешуйки, прислушиваюсь к его тихому рокоту.

«Моя», — вторит мне дракон, отстраняется и подставляет крыло.

Взбираюсь на него, усаживаюсь между зубьев на спине и крепко хватаюсь за гребень у основания шеи. Дракон взмывает в небо, и мы несемся над темными степями, сверкающими в лунном свете змейками рек, между острыми пиками гор. Рэгвальд окутывает меня теплым магическим коконом, чтобы я не замерзла.

Наконец, мы приземляемся у большого, похожего на темное зеркало озера. Дракон помогает мне спуститься, и я понимаю, почему мы именно тут.

Мы стоим посреди огромной поляны, просто невероятно пахнущей земляникой. Просто рви с кустика — и в рот. С благодарностью глажу дракона по морде и наклоняюсь, чтобы попробовать землянику. Когда я выпрямляюсь, на мою талию ложатся знакомые горячие ладони. Руки, в которых я готова греться до конца своей жизни.

— Айлин, — он прижимает меня к себе спиной, ласково касается рукой моего живота и шепчет на ухо. — В самый первый раз, когда я тебя увидел, я подумал, что ты непременно будешь моей. И когда мы дали брачные клятвы, решил, что это навсегда и неизменно.

Мужчина зарывается носом в мои волосы, а тыльной стороной пальцев ласково гладит по щеке. Я откидываю голову на его плечо."

"— Я знаю, через что тебе пришлось пройти. Даже не представляю, как тебе было тяжело. — Чувствую его горячее дыхание у виска. — Какой бы ты выбор сейчас ни сделала, я клянусь защищать тебя и нашего ребёнка. Потому что люблю тебя. И снова хочу спросить. Ты будешь моей?

— Я уже твоя, — отвечаю я, поворачиваюсь, и его губы страстно, но нежно ловят мои в упоительном поцелуе.

Он слаще, чем любой из тех поцелуев, что были раньше.