А я сразу замечаю, что ее юбка сегодня короче, а декольте еще глубже, чем обычно.

– Лен, только ты не начинай! Что подписать? – достаю из кармана ручку в футляре."

"Пышная женщина недовольно морщит носик и протягивает папку. Я всегда останавливаю ее заигрывания, зря она обижается. Знает же, что дело не в ней, а в моих жизненных приоритетах.

Плюсуем к этому, что на работе интрижки не завожу.

Пробегаюсь взглядом по бумагам, подписываю.

– Всё? – вскидываю на женщину озабоченный взгляд.

– Да, – шипит обиженно. – Как прошло судебное заседание? Мне начинать искать себе работу?

– Я сказал, беспокоиться нечего, – вру убедительно. Сам же продолжаю мысленно прокручивать встречу «на красной дорожке».

Не могу понять, что именно так сильно меня напрягло?.. Зацепило.

– Там… – показываю рукой на дверь, – видел маленького мальчика, – слова даются тяжело. В груди наливается каменной тяжестью.

– Да, – быстро выпаливает Леночка, – вчера ночью приехала мамочка Афанасьева с сыном Михаилом.

– Покажи копии их документов, – прошу напряженно.

– Э-э… Глеб Евгеньевич, вы же помните, одно из наших правил. Мы не требуем документы, если их нет у женщины. Многие из них скрываются от мужа, от насилия и побоев. Они боятся указывать настоящие сведения.

– Не морочь мне голову! – цежу с досадой. Злюсь на свое же правило.

Директриса с пышными формами удивленно вздергивает бровью.

Видимо, я впервые сорвался на ней.

– У женщины документы есть. А на ребенка она не смогла взять! Муж спрятал, – оправдывается раздраженно.

– Понятно! – завязываю эмоции узлом. – Астафьева проживает в комнате Лидии? – спрашиваю уже спокойно, поднимаясь с места.

– Да. Зачем Вам?

– Инспекция. Имею право? – выдыхаю немного грубовато. Припечатываю Леночку грозным взглядом.

– Конечно, Глеб… Евгеньевич, это же Ваш центр… – осекается женщина.

Выхожу из кабинета и быстрым шагом направляюсь к Лиде.

– Лидия, Афанасьева, ваша соседка, в комнате? – спрашиваю без предисловий.

Женщина кивает, с ужасом заглядывая мне в глаза.

– Да, Глеб Евгеньевич, она работает. На ноутбуке. Говорит, что им с сыном надо много денег, чтобы уехать. Мужик-то ее карты банковские уже заблокировал, – всплескивает руками. – Кобель! Наверное, еще и бил… как мой. Но Полина не признается.

– Я сам отведу к ней сына. Надо задать ей пару вопросов. А вы пока погуляйте, – наклоняясь, протягиваю большую ладонь мальчишке.

– Па-па? – глядит на меня внимательно. Изучает. Наверное, решает своим маленьким сердечком можно ли мне доверять.

В упор гляжу на него такими же синими глазами. Невольно улыбаюсь. Не разубеждаю его.

Что если он реально мой сын? Он же моя копия. Перед глазами стоит фотография, которую мать показывала моим девушкам, когда я приводил их в дом знакомиться.