– А это будет твой стол, и у нас много работы!

Лола оказалась очень предприимчивой и шустрой. Моментально подключила компьютер, завалила меня работой, так что переживать и расстраиваться было некогда, хотя поначалу я пыталась собраться в кучу и вспоминать былое: технические тексты, особая специфика.

– Привыкнешь и втянешься, – прокомментировала моё состояние Лола. – Или нет. Но платят здесь хорошо. Так что… лучше привыкнуть и втянуться.

И я старалась, как могла. По крайней мере, это не улицы мести и не ходить из школы в школу с протянутой рукой, зная, что откажут: машина образования работала исправно, связи и личные звонки никто не отменял.

Как и того факта, что не везде дотянутся руки Майской, и мне однажды могло повезти. Большой город – большие возможности.

Рейнер лишил меня отчаяния и ощущения, что дно где-то близко. Он давал мне слишком много, но делал это как-то легко. Я даже не задумывалась, что чем-то ему обязана."

"Точнее, задумывалась, но принимала и его заботу, и его помощь. И верила, что если однажды мы разбежимся в разные стороны, он не станет мелочиться и не будет мстить и отбирать то, что уже дал.

Точно так же он не стал дистанцироваться и делать вид, что мы не знакомы. Ему было плевать на условности.

– Пойдём, Анна Романовна, – зашёл он в конце рабочего дня.

Лена поперхнулась чаем. Лола тихонько присвистнула, а я выключила компьютер и, попрощавшись со своими новыми коллегами, оделась и вышла.

Всё это время Рейнер стоял у двери и подпирал плечом дверной косяк. Наблюдал за моими действиями, не выказывая нетерпения.

– Я соскучился, – потянулся он за поцелуем, как только мы сели в машину.

– По-моему, мы всё делаем неправильно, – пробормотала я, но от поцелуя не уклонилась.

Глупо как-то строить из себя недотрогу, когда мы уже две недели практически не расстаёмся по ночам.

– Наплюй на условности. Не оглядывайся на толпу. Забей на то, кто что скажет. Всё равно будут сплетничать, строить догадки, выдвигать теории, шептаться по углам и придумывать то, чего и не было. Я именно так и поступаю: делаю то, что считаю нужным и важным для меня. А всё остальное может хоть ядом захлебнуться – меня это не трогает.

Хотела бы и я так же. Но пока у меня не получалось.

– Не хочу расставаться, – вздохнул Илья, когда мы подъехали к моему дому.

Он хмурил брови и о чём-то напряжённо думал. Держал меня за руку и не отпускал. Казалось, ещё немного – и он передумает. Плюнет на всё и останется.

– Езжай, делай свои очень важные дела, – погладила я его пальцы.

– Благословляешь? – снова заиграла на его губах кривая ухмылка.

– Если надо, то да.

– Я позвоню. А утром заеду.

– Не стоит. У меня машина, я и сама прекрасно доберусь. А ты лучше поспи подольше.

– Я сам решу, что мне делать, – упрямо сжал он губы. – Я заеду.