– Ты нравишься тетушке Кристине и малышке Стелле. Я и прежде это замечал, – объявил Маркус, появившись на террасе. Элоиза вздрогнула.

– Да, они очаровательны, – взяв себя в руки, откликнулась женщина. – В иных обстоятельствах я бы могла подумать, что смогу с ними сдружиться.

– А чем тебя не устраивают нынешние обстоятельства? – небрежно поинтересовался Маркус.

Элоиза резко повернулась к нему и испепеляюще посмотрела.

– Что? Что такого я сказал? – развел он руками.

Элоиза Смит ухмыльнулась и, едко улыбнувшись, проговорила:

– Ничего, если ты так считаешь.

– Да что с тобой такое, я никак не пойму! – воскликнул мужчина. – Мы приехали сюда отдохнуть, насладиться жизнью. Все, абсолютно все идет замечательно. Я не понимаю, почему ты придираешься к каждому моему слову! С тех пор как мы вылетели из Лондона, с тобой невозможно разговаривать, – отчитал ее обиженный Маркус.

– Прости, не хочу портить тебе отдых. Расслабляйся, – сказала Элоиза и поднялась с шезлонга.

– Ты куда? – удивился он.

– Сегодня я не лучшая собеседница, – самокритично объявила она.

– Ты можешь сесть и внятно объяснить, что именно тебя тревожит?

– Зачем?

– Это мой дом, и я хочу быть здесь счастлив. Потрудись объяснить, что тебе мешает разделить это состояние со мной? – потребовал хозяин.

– Хочешь знать? Хорошо, – злобно согласилась она. – Усталость, сознание того, что я оказалась здесь, не по собственной воле, неспособность радоваться по команде, настроение, которое просто не совпадает с твоим. Такие объяснения тебя устраивают?

Воцарилось напряженное молчание. Маркус забыл про виски и сурово уставился на Элоизу. Она отплатила ему не менее суровым взглядом.

Наконец он сказал:

– Спустимся в сад, посидим на скамейке.

– Хорошо. Как скажешь, – вызывающе ответила Элоиза.

– Идем, – пройдя вперед, позвал он ее за собой.

– Идем, – приблизившись к нему, эхом отозвалась женщина.

Они молча спустились и сели на скамью в конце сада, там, где начинался пустынный пляж и шумело море.

Элоиза и сама хотела бы понять причину своих треволнений. Но это было затруднительно. Слишком много скопилось вопросов, и ни одного ответа.

Море мерно раскачивалось перед ними. Разговаривать не хотелось ни Маркусу, ни Элоизе.

Спускалась густая южная ночь, трещали и щебетали обитатели сада за их спиной. Шелестел песок. Над головами листва шептала свои зеленые тайны.

Постепенно взгляд Элоизы затуманился. Мало что различая во мраке, она глядела словно в темную бездну, что протянулась до самого горизонта.

Ее ресницы безвольно опустились. Она откинулась на спинку скамьи.

Маркус молча наблюдал за женщиной. Когда она задышала ровно и плавно, он тихо предложил:

– Пройдемся вдоль берега.

Элоиза подняла на него глаза, затем кивнула.