Теперь, в тридцать четыре года, он должен был на что-то решиться, потому и поспешил из Нью-Йорка сюда…

– Ну, что ты на меня так смотришь? – наконец не выдержала Элоиза.

– Так какие духи ты посоветовала купить этому скунсу?

– Какое это имеет значение? – спросила Элоиза, недовольная тем, что разговор вновь вернулся к Теду Чарлтону. – Для тебя это все – игра. Ты вторгся в мою жизнь, чтобы поразвлечься, Маркус. Ты никогда не убедишь меня, что тебя действительно волнует то, чем я живу. Ты доказал Теду, что распоряжаешься мною, и будь этим доволен.

– Ты несправедлива, Рыжая. Меня волнует все, что связано с тобой. Меня волнует то, что мы так давно не виделись и до сих пор не поцеловались, – разъяснил Маркус.

Сказав это, он подошел к Элоизе, присел на корточки и подарил ей долгий упоительный поцелуй, получив в финале звонкую пощечину.

– Какого черта?! – воскликнул оторопевший Маркус.

– А ты не догадываешься? – спросила его Элоиза.

– Ты меня ударила!

– Совершенно верно, – подтвердила рыжеволосая женщина.

– За что? – искренне удивился он.

– Как ты меня назвал, когда вошел? – задала она наводящий вопрос. – Это было очень грубо, Маркус. Я обиделась. Но и без этого достаточно было оснований для пощечины, даже более хлесткой. Только я, непонятно почему, терпела. Дурно даже не то, что ты назвал меня шлюхой. А то, что обращался со мной, как с таковой. И еще осмеиваешься спрашивать, за что?! Сам исчезаешь, когда заблагорассудится, пропадаешь неизвестно где, якшаешься со всякими… А с меня требуешь объяснений?! Проваливай-ка ты вслед за Тедом! – красноречиво указала на выход Элоиза.

– Ну, ты и крута! – вынужден был признать ошарашенный мужчина.

– Мне плевать, что ты обо мне думаешь! – заявила она.

– Да хорошо я о тебе думаю. Хорошо! – поторопился объявить Маркус. – И вообще, ты самая классная, Элоиза! Только успокойся… А я был дурак, – чистосердечно признался он. – Но ты ведь все равно любишь меня?

– Кто говорит о любви? – насторожилась Элоиза.

– А разве это не очевидно? – удивился Маркус.

– Только не для меня. Я с тобой потому, что ты меня заставил, – напомнила ему женщина."

"– Ну, полно лукавить, Рыжая! – И Маркус с шаловливой улыбкой вновь собрался поцеловать Элоизу, но та отклонилась.

Если это и остановило Маркуса Ковариса, то ненадолго. Он сумел-таки притянуть Элоизу к себе и поцеловать.

– Пусть ты мне нравишься, но это ничего не значит, – пролепетала она.

– Почему на тебе всегда так много одежды? Сейчас же лето! – Маркус запутался в пуговицах.

Элоиза рассмеялась и помогла ему справиться с застежкой.

На следующее утро Элоиза проснулась рано и сладко потянулась. Она случайно задела рукой Маркуса и вздрогнула от неожиданности – женщина успела отвыкнуть от его присутствия.