Силу, чтобы действовать без ненужных мыслей, которые бы роились в их пустых головах, — с неприкрытым пренебрежением произнёс голос. — Это лучше, чем порабощать их волю. Так они научатся хоть чему-то.

Слуга вытащил круглый амулет, который выглядел на кусающий себя за хвост металлический змей — уроборос. Он выставил амулет в сторону дверей. Глаза уробороса вспыхнули. И на входе возникла энергетическая стена, непроницаемая ни для зрения, ни для звука, ни для моего восприятия магии.

Мы были изолированы от гвардейцев.

Затем слуги быстро мне поклонились и бросились обратно в боковой проход. Потом там возник точно такой же барьер.

Как предусмотрительно.

Затем послышался шорох сдвигаемого камня. Скрежет. Под моими ногами пробудилась мана.

Ещё при входе я чувствовал там энергетические структуры. Но они были слишком ненасыщенными, чтобы представлять для меня хоть малейшую угрозу.

Над полом вырисовались магические печати, сотканные из синей, красной и серебристой маны, наложенные друг на друга в золотом круге. А затем вспыхнули одновременно, приобретая насыщенный цвет, как у закатного солнца.

Я отошёл в сторону, чтобы не фонить своей силой около печатей.

Затем они наложились на пол перед троном. Пол стал разъезжаться в стороны, открывая мне проход в подземелье. Там была лестница.

— Я жду тебя, — произнёс голос из подлокотника трона.

Я внимательно изучил пространство, куда вела лестница. Никаких ловушек не было. А если проход назад внезапно закроется, я всё равно смогу пробить его Силой Души. Или, в крайнем случае, воспользуюсь «Северным Ходом». Хоть в этом дворце и были меры защиты против магии стихии пространства.

— Это ты — Мастер, — я хмыкнул. — Мы с тобой говорили в мире Синей Ночи, через твоего гонца. Ты просил, чтобы я избавился от обоих «императоров». Наши интересы совпали и твоя просьба оказалась исполнена, пусть и по случайности. Трон я не отдам никому из тех, кого ты собираешься мне по советовать.

— Император этого поколения не важен, Лорд.

Лорд…

Знает, зараза! Они все знают, что ли⁈ Неужели мою душу так легко изучить и распознать, как чужую⁈ Да чтоб его.

Он специально назвал меня по титулу прежней жизни, чтобы я был более заинтересован в разговоре.

Может, просто проигнорировать его? И действововать строго по своему замыслу?

Тронный зал мой. А с ним, считай, и дворец — сердце столицы. А столица — сердце Империи.

Едва ли хоть что-то или кто-то может прямо сейчас мне противостоять.

Хм…

— Тогда о чём нам говорить, Мастер? — я фыркнул. — Или, как там твоё настоящее имя? Твой слуга называл его… Таумин, да?

— Таково одно из них. Как и Руслан — одно из твоих. Мой замысел — глобален. И он — выше амбиций мелких царьков, мнящих себя властителями этого мира.