Решив, что лучше совсем не раздеваться, Грэм осторожно отогнул покрывало и лег рядом с Эвелин.

Он чувствовал ее тепло даже через пустое пространство между ними, а запах ее кожи возбуждающе щекотал ему ноздри. Эвелин пользовалась ароматным мылом, от нее пахло весной и цветами.

Грэм потянулся и погасил свечу у изголовья кровати. Воцарился полумрак. Комнату освещали только сполохи пламени в очаге.

Эвелин снова повернулась на спину и, не успел Грэм задуматься, что будет дальше, прижалась к нему и уютно пристроила голову на его плече.

Грэм лежал без движения и чувствовал, как тело Эвелин расслабляется все больше и больше, она словно таяла в тепле их общей постели, потом вздохнула и сильнее уткнулась в изгиб его локтя.

Через минуту ее тихое дыхание стало ровным, и Грэм понял, что Эвелин крепко заснула.

Она прильнула к нему, как сонный котенок, плотно прижав ноги к его ноге.

Этой ночью сон очень долго не приходил к Грэму."

"Глава 18"

"Наутро, поднявшись с постели, Эвелин подошла к окну, отогнула шкуры, которые его прикрывали, и подвязала их кожаными тесемками. Выглянула наружу, глотнула прохладного воздуха и подставила ему лицо.

Солнце стояло уже высоко, поливало землю потоками света и прогоняло утреннюю прохладу. Вдали блестела река. Эвелин видела место, где она приближалась почти вплотную к замку и огибала одну из его стен. Деревья и выходы скальной породы создавали уединенный, закрытый со всех сторон уголок. Если она задумает искупаться, ее никто не увидит, кроме тех, кто окажется на стенах крепости.

Накануне вечером Эвелин постаралась вымыться, но этого было мало. Она и сейчас ощущала, как остатки эля стягивают кожу.

Он попал ей даже в волосы, и теперь голову нужно как следует вымыть. Однако в баню она идти не хотела, чтобы не оказаться в компании женщин из клана Монтгомери.

Если найдет Рори, то попробует уговорить ее вместе пойти к реке. Новая подруга может по крайней мере посторожить ее, чтобы никто другой не явился именно в это место.

Довольная своим планом и тем, что скоро сможет поплавать, Эвелин быстро собрала чистую одежду, выбрала теплое покрывало, чтобы вытереться, и достала душистое мыло, которым пользовалась накануне.

С охапкой этих вещей она вышла из комнаты.

Дверь в покои сестры лэрда была открыта, и Эвелин осознала, что раз Рори в комнате нет, то найти ее в замке будет трудно. Она вдруг испугалась и застыла на верхней площадке лестницы, но тут же разозлилась, сжала губы и одернула себя — она не позволит женщинам из клана Монтгомери так запугать ее, чтобы она не смела высунуть нос из комнаты.

Эвелин спустилась по лестнице, решительным шагом, с высоко поднятой головой прошествовала по залу, будто чувствовала себя здесь хозяйкой.