Меньше двух недель назад его ранили из арбалета. Ранил человек, у которого были ножны с эмблемой Армстронгов.

Тэвис вскинул голову. Глаза загорелись бешеным огнем.

— Я не приказывал нападать на своего зятя. Ни за что не стал бы рисковать благополучием моей дочери. Более того, я не стал бы нарушать договор о преданности и клятву, принесенную Богу и моему королю.

— Я знаю, — спокойно сказал Грэм. — Я не сразу узнал все обстоятельства. Эвелин пришлось пережить много тревог. Именно она рассказала нам о ножнах.

Тэвис прикрыл глаза. Его ноздри трепетали от возбуждения.

— Моя собственная дочь поверила, что я мог предать ее таким образом?

— Ее предали четыре человека из моего клана, которые действовали в сговоре с Йеном Макхью. Вчера вечером Макхью похитил ее, а люди, которым я доверял, помогли ему скрыться. Армстронг, я не намерен воевать с тобой. Я только хочу, чтобы моя жена вернулась под мой кров.

Тэвис долго смотрел на Грэма, словно хотел прожечь взглядом. Наконец его глаза удивленно расширились.

— Ты любишь мою дочь.

— Моя любовь к ней сильнее, чем ненависть к тебе. Поэтому я сегодня не возьмусь за оружие. Не выступлю против тебя. Вместо этого я прошу у тебя помощи в битве против Макхью.

Тэвис, Броуди и Эйден слушали его с изумлением, потом переглянулись и снова посмотрели на Грэма и его братьев. Во взгляде Тэвиса появилось уважение.

— Собирай своих людей, — отрывисто произнес он. — До замка Макхью полдня пути. Выступаем прямо сейчас."

"Глава 44"

"— Они как будто не ожидают нападения, — заметил Боуэн, глядя сверху на замок Макхью. Грэм нахмурился, но согласился с братом. В крепости не чувствовалось никакой суеты. Люди занимались обычными повседневными делами. Патрулей на границе не было. Похоже, никто не предупредил Макхью, что к крепости приближается большая армия, воины не готовились к бою.

Все было тихо. Слишком тихо. Солнце еще высоко стояло над горизонтом, но в крепости как будто уже собирались отходить ко сну.

Подобная лень и невнимательность непростительны. Неужели вождь Макхью совсем не заботится о безопасности своего клана? А может, он рассчитывает, что Монтгомери и Армстронги уже воюют и ему нечего опасаться?

Тэвис подался вперед и впился взглядом в Грэма.

— Если это трюк, Монтгомери, я не успокоюсь, пока не сотру с лица земли тебя и всю твою родню.

В ответ Грэм пришпорил коня, чтобы спуститься к воротам замка Макхью. С такой большой армией о внезапности нападения не могло быть и речи. Он надеялся, что ради спасения членов своего клана лэрд Макхью не станет поддерживать дикие замыслы своего сына и заставит его отпустить Эвелин. А если нет, то Грэм Монтгомери был готов уничтожить всех Макхью до последнего.