Когда в конце концов «Смеющаяся корова» рискнула высунуть нос на поверхность воды, вокруг было пусто. И мы, теперь уже гораздо более опытные, продолжили свое плавание.

8 июля 1941 года, спустя много недель, проведенных в море, на горизонте появился французский берег. Теперь можно было поднять аккуратно вышитый победный вымпел.

Глава 31

НОВЫЙ КОМАНДИР ДЛЯ «U-69»

Вскоре был установлен контакт с лоцманом, который взялся сопровождать нас к берегу. Радостные и смеющиеся моряки на борту эскортного корабля с интересом изучали победный вымпел.

Они махали руками, приветствуя нас. При сильном волнении на море и ярком солнце «Смеющаяся корова» вернулась во Францию. На молодых небритых лицах теперь красовались окладистые бороды. Каждый подводник, которому не нужно было оставаться внизу на вахте, торопился к платформе зенитного орудия позади мостика, чтобы взглянуть на берег. Слева по борту остался Нуармутье — остров корсаров и викингов, и мы вошли в широкое устье Луары, на северном берегу которой располагалась база подводных лодок Сен-Назер. Экипаж выстроился на верхней палубе. На берегу толпились люди. Это были немецкие и французские рабочие, солдаты и гражданские лица, пришедшие поприветствовать возвращающуюся лодку.

Когда «U-69» подошла к причалу, там нас ждали друзья с других лодок флотилии, знакомые офицеры люфтваффе — в общем, все желающие пожать нам руки первыми. Одни были в форме, другие — в гражданской одежде. Умелые руки с готовностью подхватили швартовные концы и закрепили их на причальных тумбах. Члены экипажа еще не сменили рабочую одежду. Два коротких свистка, и вот уже установлен трап, по которому я сбежал первым и доложил о возвращении корабля командиру флотилии капитану 1-го ранга Золеру.

Золер, командир 7-й флотилии, присутствовал при спуске «U-69» на воду, затем лично следил за тренировками команды и 10 февраля 1941 года отправил лодку из Киля в первый боевой поход. В тот день он снова встретил лодку, но уже на побережье Франции. Он поприветствовал команду, поздравил людей с успешным походом и пожал каждому руку. Все еще небритые и не снявшие с голов панамы, люди с достоинством принимали поздравления. На этот раз даже «Дядя из Бентчена» почему-то молчал.

Как только я сошел на берег, первыми ко мне подбежали три немецкие девушки-медсестры, которые вручили огромный букет цветов, и только потом меня окружили командиры других лодок. Среди людей, которые радостно пожимали мне руки и засыпали вопросами, были и официальные лица. Некоторые из них были хорошо известны как среди друзей, так и среди врагов. И среди них был Эндрасс, недавно получивший дубовые листья к Рыцарскому кресту.