Помпей обернулся и я заметила, что уже сейчас его глаза были потемневшими. Мрачными. Насквозь пронзающими меня.

— Я правильно понимаю, что ты не собиралась мне рассказывать о том, что, пока меня не было, Смерть находился рядом с тобой?

— Да. Ты слишком странно реагируешь на него, а я для подобного не вижу причин.

— Как же я должен реагировать на то, что ты умалчиваешь о встречах с тем, на котором в прошлом висла? — Помпей не отпустил мою ладонь и я более чем отчетливо ощутила то, как его собственная рука напряглась. Мышцы за одно мгновение будто бы превратились в сталь.

— Ревнуешь?

— Да, Лиса. Еще как, — глаза альфы стали еще более мрачными. Уже теперь до предела.

— Пойдем, — уже теперь я потянула его за собой. — Буду сегодня доказывать, что для меня существуешь только ты.

— Может, начнешь с того, что ничего не будешь скрывать от меня?

— Признаю, это моя ошибка. Но я правда, не понимаю, почему ты так реагируешь на Смерть. Я никогда не испытывала к нему ничего, что выходило бы за пределы дружбы.

— Почему висла на нем? Стоило мне только отвернуться, как ты тут же оказывалась рядом с ним. Не помогали даже блядские запреты.

— Мне нравилось выводить тебя на эмоции, поэтому твои запреты для меня были, как красная тряпка. И, знаешь, — я остановилась, после чего обернулась к альфе. Поскольку мы как раз поднимались по лестнице и я находилась на две ступеньки выше, практически сравнялась с ростом Помпея. Хотя, все равно была ниже. — Мне нравится, что ты и сейчас ревнуешь. Но, чувствую, это не пойдет на пользу нашим отношениям и тому, что нам со Смертью нужно еще сотрудничать. Поэтому, касательно этого нам нужно прояснить все моменты.

Я наклонилась и своими губами прикоснулась к его. Насколько же сильно я обожала его жесткие, грубые губы. Нет, всего Помпея. Одно крошечное прикосновение и воздух вокруг нас уже пылал. Мы вдвоем это чувствовали. Вдвоем начинали пылать.

— Для меня существует только один альфа и это ты, — прошептала ему в губы. Почувствовала, что он потянулся за новым поцелуем и сказала: — А еще я беременна.

Помпей замер в таком положение. Подняв взгляд и посмотрев на меня. Приподняв брови и немного разомкнув губы. Сколько же всего я сейчас увидела в его глазах. Обычно непроницаемые, а сейчас переполненные всем и сразу.

— Ты серьезно?

— Да, — я даже не заметила того, как на моих губах опять возникла улыбка. — Я сегодня была на УЗИ и проходила обследование. Все замечательно.

— Лиса, — ладонь Помпея легла на мою спину и уже теперь губы альфы коснулись моих. Поцеловали так, что голова мгновенно закружилась и кожу начало покалывать. — Сколько?

— Восемь недель.

— Почему ты раньше не сказала? — его губы были в считанных миллиметрах от моих и после этого вопроса последовал новый поцелуй.