В любом случае теперь понятно, что найти подобные постоянные усиления легко не получится.

Поражённые пошли вверх по тропе, чтобы не только сдать квест, но и связаться с группой поддержки во главе команды, убедиться, что с ними всё в порядке, и пополнить припасы. Карина и Стеллария пошли с ними для лечения, а также потому, что целительница жаждала получить благословение Богини Весны.

Я присоединился к остальным в зачистке монстров: стрелял по самым раненым в толпе, помогал высматривать цели, поскольку видел полоски их здоровья. Мимоходом заметил, что заражённая лужа у подножия Белого Исполина постепенно очищается.

Скверна исчезала и с болезненно-чёрных, ранее сочащихся дрянью кусков упавшего дерева, оставляя после себя обычную гнилую древесину.

Более того, осквернённые монстры тоже теряли свою порчу, превращаясь в иссохшие оболочки, прежде бывшие телами павших защитников Светолесья, которых нужно будет достойно похоронить.

Однако монстры, с которыми мы сражались, оставались осквернёнными, что лишь укрепило в нас решимость уничтожить их и искоренить остатки яда Проклятого Кетцаля.

Двести пятьдесят рейдовых монстров — не вам шутки.

Чтобы убить их всех, потребовались часы беспощадной резни. Хотя это стало, по сути, настоящей бойней: нежить продолжала преследовать Лили, а мы лишь методично их добивали.

В то время, как осквернённые демоны проявляли чудеса неутомимости, кунида наконец начала сдавать. По её молочно-белой коже струился пот, дыхание стало затруднённым, и она даже немного спотыкалась во время бега.

Первый раз видел, чтобы Лили показывала признаки усталости, и решил побаловать её, когда битва закончится.

Она действительно стала звездой этого рейда.

С другой стороны, сотни монстров плюс бонусы за убийство боссов и выполнение квеста давали кучу опыта. К тому же все получили немало от остальных боёв в подземелье. Неудивительно, что Юлиан и Стеллария повысили уровень, а остальные сообщили о значительном прогрессе к следующему.

Когда последняя нежить пала, все вздохнули с облегчением и плюхнулись на землю. Лили безвольно лежала на спине, глядя на проясняющееся небо и жадно глотая ртом воздух.

Спустя некоторое время я поднялся и, еле держась на ногах, подошёл к невесте, упал рядом с ней и обнял.

Она прижалась ко мне с неожиданной силой, обхватив моё лицо мягкими ладонями.

— Это правда? — спросила она, и большие серые глаза за очками в металлической оправе застыли в тревожном ожидании. — Теперь ты в порядке?

— Я в порядке, — сказал, нежно целуя её. — Порча исчезла, яд ушёл, никаких негативных эффектов.

— Слава Богине! — выдохнула она, осыпая меня поцелуями.

Я чувствовал, как она дрожит от облегчения, как слёзы, скатываясь по её щекам, капают мне на лицо.