Ты такая милая!

Член у меня от их нежного воркования резко запульсировал, готовый, пробить все одеяла.

— Простите, что прерываю ваш… э-э… обмен любезностями, но думаю, что любой мужчина, которому посчастливилось бы оказаться с вами обеими под одним одеялом, был бы полным дураком, если бы начал выбирать.

— Ты так считаешь? — спросила Селина, прижавшись кончиком носа к моему так, что я буквально утонул в её золотистых глазах. Снежно-белые хвосты высвободились и дразняще прошлись по моим ногам. — Учти, я очень люблю свою сестру, так что ты не должен пренебрегать ею.

— И я очень люблю свою сестру, — добавила Сияна, потираясь своей грудью о мою. Я чувствовал, как её твёрдые, словно гладкие речные камушки, соски скользят по моей коже, а шелковистый мягкий полуночно-чёрный хвост присоединился к хвостам сестры, лаская мои бёдра. — Ты не должен обделять её своим вниманием."

"— О, боги! — простонал я, мой член болезненно напрягся под грудой одеял. Кажется, он жил уже своей собственной жизнью. — Вы что, специально это делаете, да? Дразните?

Селина хихикнула и провела рукой по моему прессу, медленно спускаясь ниже.

— Конечно. Мы знаем, это именно то, что любят… хм… парни… — тут её рука наткнулась на мой член. Очевидно, он оказался гораздо больше, чем она ожидала, из-за чего сбилась на полуслове, оборвав фразу.

Её голова тут же исчезла под одеялами, и уже оттуда донеслось немного приглушённое восхищённое

— Ах! Благословение природы, сестрёнка! Посмотри, какое тут у него…

Голова Сияны тоже нырнула под одеяла, и она присоединилась к восторгам сестры.

— А я-то думала, что он не может быть ещё сексуальнее! — пробормотала она с благоговением. Я сдержал стон, когда она неуверенно потянулась вниз, чтобы обхватить мой пульсирующий член своей ладошкой. — Он что, прятал от нас всё это время член кентавра?

— Или, по крайней мере, бычий, — хихикая, добавила Селина. — Не иначе как само провидение вмешалось, когда именно он спас тебя, сестрёнка, — она тоже наклонилась, чтобы погладить мой член уже двумя руками.

Я стиснул зубы.

— Такими темпами я долго не продержусь, — выдохнул, чувствуя, как по телу пробегает дрожь предвкушения.

Близняшки обменялись быстрыми молчаливыми взглядами, которые, казалось, говорили больше, чем любые слова.

— Мне бы так хотелось увидеть, как он… извергнется! — медленно протянула Селина, а её глазки игриво блестнули.

— А я не могу дождаться, когда он окажется у меня во рту, — облизнулась её сестрёнка. — И если он не сможет сдержаться, я хочу попробовать его семя, а не позволить ему тратить его впустую.

— Я смогу продержаться, — возразил на их фразочки. — И даже если бы не смог, меня хватит раз на десять-двенадцать или даже больше. Причем без длительных перерывов.