Это что получается, по собственной глупости и доверчивости я осталась без средств к существованию? Без согласия мужа развод мне не получить, а распоряжаться нашими финансами фактически имеет право только он. В сложившейся ситуации и к гадалке не надо идти, чтобы понять: супруг мне и ржавой монетки не даст!

Ну это мы ещё посмотрим!

2

НЕЙВАРА.

Расположившись в удобном кресле и поджав под себя ноги, я потягивала успокоительный горячий отвар из трав и не сводила взгляда с мечущейся по комнате девушки. С непослушно торчащими в разные стороны рыжими кудряшками, белоснежной кожей, обильно усыпанной веснушками, вздёрнутым носом и большими зелёными глазами выглядела она не старше шестнадцати лет. И с её юным, невинно-ангельским обликом совершенно не вязалось то, что она выкрикивала.

– Да как этот кобель драный вообще до такого додумался?! Нет, хочет он развлечений на стороне – пусть катится, никто страдать не будет! Но твоё состояние?! Нейя, ну почему ты так спокойна? Сколько сил ты вложила в эти магазины? Ты ведь начинала практически с нуля! – размахивая руками, возмущалась подруга.

– Не совсем, папа дал мне весьма приличную сумму на первую лавку, – поправила я её вяло.

– А потом всё ты, между прочим, даже лицо себе испортила, из-за недосыпа перепутав ко… – поняв, что затронула неподходящую тему, она замолчала на полуслове и, встав за моей спиной, ласково погладила по голове.

На неё я не злилась, Тея была одной из немногих, с кем я могла говорить о трагедии, разделившей мою жизнь на «до» и «после». Что же касается моего бизнеса, отец действительно мне помог в самом начале, правда, этим его участие в моей судьбе и ограничилось, ибо я была позором благородного эльфа. Нежеланной внебрачной дочерью, рождённой человечкой. Таким образом он как бы откупился, заплатил, чтобы я никогда и нигде не упоминала, кто является моим отцом. Я не расстроилась – бог ему судья! И да, я действительно вложила много сил в свои магазинчики, и отдавать их благоверному не собираюсь. Ещё не знаю что, но я что-нибудь придумаю!

– Может, ну его? Сам ведь разорится через год, потому что ни на что не способный мудак! А ты за это время встанешь на ноги и перекупишь у него свои лавки.

– Ну уж нет! Позволить ему за мой счёт обеспечивать своих девок – я не могу! Кошмары замучают, в которых я расчленяю супруга на куски и расфасовываю по пакетам, – усмехнулась я криво.

Боль от предательства Индиса сжимала сердце. Я ведь доверяла ему, рассчитывала прожить с ним всю жизнь, а в итоге оказалась стервой и чудовищем. Возможно, он прав, но тяжело остаться беззаботной девочкой, вкалывая с утра до ночи. Да и изуродованное лицо не прибавило мне общительности и дружелюбия.