– Что ж ты тогда до сих пор вокруг бабули кругами ходишь? Вон она, в оранжерее, давай, продемонстрируй, как надо!

Переведя взгляд на матовое стекло, за которым виднелся силуэт склонившейся к цветам Насти, ректор вдруг хмыкнул и сообщил:

– И продемонстрирую! А ты смотри и учись, пока я жив!

Одёрнув пиджак, он решительным шагом направился покорять сердце возлюбленной. А я, положив ногу на ногу, откинулся на спинку скамейки и с предвкушающей ухмылкой приготовился наблюдать бесплатный концерт.

Крик «Какого чёрта ты здесь делаешь?!» раздался, едва ректор ступил в оранжерею.

Потом невнятное копошение, приглушённое шипение и завершающим аккордом – жуткий грохот, сопровождённый звуком льющейся воды.

Одному богу известно, чего мне стоило не захохотать, глядя на появившегося тестя. Вымокший от макушки до пят, он тряхнул головой, от чего по округе разлетелись брызги, и, медленно подняв руку, убрал с волос завядшую розу.

– И что это? – поинтересовался я как можно спокойней.

– Думаю, щелочная подкормка для цветов, – несмотря на ситуацию, прозвучало невозмутимо.

– Знаешь, кажется, твои методы мне не подходят.

Пожалуй, я не буду им учиться и придумаю что-нибудь своё.

– Как знаешь, но я её практически покорил! – заверил ректор и прочитал заклинание сушки.

– Я так и понял! Ладно, я пойду к жене, а ты продолжай, чуть-чуть ведь дожать осталось! Но учти: Настя – моя бабушка, и если утром она предъявит мне твой труп, я помогу его спрятать.

Направляясь к дому, я всё-таки не выдержал и расхохотался. Нет, чисто по-мужски мне Берриара было жаль, но он сам выбрал для себя такую участь. Он же не рассчитывал всерьёз, что придёт спустя почти четыреста лет, и брошенная можно сказать у алтаря невеста сразу оттает? Конечно, я вижу, что она всё ещё его любит, но малость проучить и повоспитывать не помешает!

А вдруг совет тестя не так уж и плох? Ведь я-то не настолько провинился, чтобы меня удобрениями поливать, и настойчивость в моём положении может стать идеальным выходом.

Не то мы так ещё год будем топтаться на одном месте, не решаясь сделать последний шаг к сближению.

Поднявшись на второй этаж, я открыл дверь в собственную спальню, тут же натыкаясь взглядом на выходящую из ванной супругу.

С раскрасневшейся от горячей воды кожей и спутанными влажными волосами, Нейя выглядела такой милой. А вот чёрная кружевная сорочка, едва прикрывающая попку, отчётливо позволяла понять, что к окончательному сближению готовился не только я.

Преодолев разделяющее нас расстояние, я обхватил лицо супруги ладонями, осторожно освобождая её нижнюю губу из захвата нервно впившихся в нежную плоть жемчужных зубов. И не отводя глаз от изумрудных озёр, склонился, мягко подхватывая поцелуем измученную губку.