Я вдыхал через нос полной грудью запах возбужденной женщины. Мои влажные выдохи через рот овевали её аккуратное ушко. Она лежала подо мной на спине и млела в ожидании, когда же моё орудие наберётся смелости и распахнёт трепетные воротца у неё между ног.

И вот, наконец, упругая горячая плоть усилила напор и надавила на сомкнутые складки девичьей промежности. Скопившаяся меж них скользкая влага тут же обволокла головку долгожданного гостя. Лепестки малых губ расступились, радушно впуская всё глубже внутрь такого желанного и дрожащего от возбуждения меня.

Соскучилась милая. Я это понял по тому, как она затрепетала и почти замурлыкала подо мной, когда я начал своё первое погружение в её нежные девичьи недра. Я вводил в неё член медленно, но неотвратимо, наслаждаясь теплотой и упругой податливостью стенок её юной вагины. И в то же время слушал, как звенит от желания и возбуждения всё тело этой страстной обольстительницы.

Вторгнувшись девушке в щелку членом до основания, я ощутил, как она едва заметно вздрогнула. Она сделала отрывистый вдох, а низ её живота на мгновение напрягся. Так бывает, когда головка члена упирается в чувствительную зону, расположенную на шейке матки. Мне повезло — её киска в точности соответствовала длине моего органа. И теперь можно быть уверенным, что удастся доставить нам обоим яркое удовольствие, в тоже время не опасаясь сделать ей больно чересчур глубоким проникновением. Впрочем — как можно сделать больно духу? Все время забываю, что она не обычная земная девушка. Но ощущения намного круче.

Я обожаю доводить до оргазма девушек. Особенно при первом сексе, и особенно если она — незнакомка. Даже мой собственный оргазм не приносит такого удовлетворения, которое я испытываю от того, как стонет и бьётся в неподдельных конвульсиях подо мной та, которую пару часов назад я даже не знал. И она ведь тоже совсем недавно увидела меня впервые.

Но еще больше я люблю после длительного перерыва будто заново открывать для себя партнершу, словно знакомясь с ней. Не пытаясь вспомнить, а именно начать заново, будто у нас раньше ничего не было. И это для нее прошла всего пара дней с нашей разлуки, а для меня месяцы. И вот теперь она лежит подо мной с широко раздвинутыми ногами, подмахивает мне голой попкой и протяжно стонет, истекая из щелки смазкой. А про себя или даже вслух умоляет ещё хотя бы разок-другой засадить ей поглубже.

Но это всё ещё впереди. Сейчас я, нащупав дно её узенькой пещерки, собирался отступить назад, чтобы начать эти вожделенные, сводящие с ума, до трясучки приятные движения в ней. Я ощутил головкой прохладу, когда она почти полностью покинула тёплое влажное лоно. Выждал секунду и снова плавно устремил свой инструмент Навке в щелку.