Заглянув в блокнот, она вежливо поинтересовалась:

— Вы Маркелов?

В ее глазах Захар прочитал откровенный интерес. Без всякого сомнения, на его счет Шадронов давал какие-то инструкции.

— Он самый.

Секретарша мгновенно поднялась и направилась в кабинет шефа, выставив для обозрения свои худощавые ноги. Первой красавицей правительства назвать ее было трудновато, но, видно, некоторые изъяны фигуры компенсировались другими весомыми достоинствами. Постучавшись, секретарша тут же распахнула дверь и уверенно прошла в глубину кабинета. Отсутствовала она недолго, уже через пару минут дверь распахнулась столь же решительно, и на пороге, натянуто улыбнувшись, предстала секретарша.

— Проходите… Александр Степанович ждет вас.

— Благодарю, — поднялся Маркелов с удобного стула и направился в кабинет.

Кабинет просторный, залит солнечным светом. У высоких окон, убегающих под самый потолок, большой вытянутый стол, за которым сидел симпатичный мужчина средних лет. Заметив вошедшего Маркелова, он поднялся навстречу. Этот человек мало чем отличался от газетных фотографий. Пожалуй, в жизни он был даже поколоритнее и поинтереснее, а пиджак сидел на нем так изящно, как будто Шадронов только что сошел с подиума для показа одежды. В нос Маркелову шибанул запах дорогой парфюмерии.

— Здравствуйте, — сказал Шадронов низким голосом, слегка задержав руку Маркелова в своей. Некоторое время он с интересом рассматривал его, после чего отошел в сторону. Указав на стул, кивнул: — Прошу.

На какое-то время за столом царило молчание. Но это была не та затянувшаяся пауза, какая случается между малознакомыми людьми перед очень серьезным и обстоятельным разговором. Здесь было нечто иное. Они изучали друг друга. Обычно так делают звери, прежде чем предпринять атаку. Каждый оценивал силу и ловкость соперника, пытался выискать его слабые места. Кто первый опустит взгляд, тот и проиграл! Они будто затеяли игру «кто кого пересмотрит», и каждый из них не желал сдаваться.

— Зачем вы это сделали? — спросил Маркелов, не отводя глаз.

Шадронов был из тех людей, что привыкли доминировать, и всякое, даже самое незначительное сопротивление их натуре вызывало у них недоумение, а то и внутреннее смятение, на этом и следовало сыграть.

— Вы о чем?

— Александр Степанович, не будем играть в наивность, — укорил его Маркелов. — Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. Вы знаете, кто я такой. Я знаю, кто вы… Ни за что не поверю, что вы не наводили обо мне справки…

Откинувшись на спинку стула, Шадронов мелко рассмеялся:"

"— Однако! Значит, берете быка за рога? Так это называется? Именно таким мне вас и описывали. Вы профессионал, а с ними всегда приятно иметь дело. Во всяком случае, знаешь, чего от них можно ожидать.