— Говори! Говори, что знаешь! Где будет бой, когда?"

"— Не знаю, — теперь Лия всхлипывает и пробует оторвать от себя мои пальцы, впившиеся намертво, — да не дави ты так, больно! Я думала, ты знаешь... Хотела сказать тебе в лицо, какая ты дрянь.

— Господи, — отталкиваю Лию и прижимаю ладони к щекам, — ладно Коннор, он профи в боях без правил. Но зачем это Никите?

— Понятия не имею, — качает головой Лия, — но он его убьет, Мария. Коннор его точно убьет.

глава 39

Никита

Фиксирую петлю на большом пальце и делаю оборот вокруг запястья.

До боя осталось недолго, я в раздевалке наматываю на руки боксерские бинты. Это единственное, чему я по-настоящему тренировался всю неделю. Глубоко внутри радуюсь, что не придется смотреть в глаза людям, которые на меня поставили. Надеюсь, слишком высокие ставки никто делать не рискнул.

Это будет самый короткий бой в истории клуба. Бой, в котором не будет победителей.

Бинты скользят между пальцами, обвивая запястья и костяшки. Я спокоен. Мое дыхание ровное, сердце бьется в одном ритме.

— Кит, на выход, — в раздевалку заглядывает кто-то, чье имя я не дал себе труд запомнить. Я никогда не был в этом клубе и никогда больше здесь не окажусь. Так что как тут кого зовут — похуй.

Выхожу в коридор. Вайб достаточно атмосферный — слабо освещенный коридор, в конце которого виден слепящий свет. Оттуда доносятся гул, крики, голоса. Здесь же на контрасте тишина, оглушающая и обволакивающая. Лишь звук моих шагов нарушает эту тишину и заставляет вибрировать пространство.

Я иду, чтобы выполнить свое обещание. Все, кто был в особняке Феликса, когда делили мою Машу, должны поплатиться. Без исключения.

Невиновных среди них нет. У каждого были свои мотивы, но итог один. На нее объявили охоту, и охота удалась.

И здесь достаточно немного отмотать назад, чтобы убедиться — главный виновник всего этого пиздеца только один.

Я бросил ее в больнице практически ослепшую. Оттолкнул, когда она пришла поговорить. Обвинил в предательстве и измене. И ушел на самое дно.

Все это цепь взаимосвязанных звеньев, цепляющихся одно за другое, где каждое следующее — лишь следствие предыдущего. Это я предал Машу, а не она меня.

Да, я ошибся, но не все ошибки можно исправить. Те самые, непоправимые, называются роковыми. Они приводят к трагедии, и они не прощаются.

Маша не стала бы поступать в этот универ, я выбрал бы для нее лучший. Я мог положить к ее ногам мир, а на деле чуть не подложил ее под толпу моральных уродов.

Самое странное, что оба варианта развития событий приводят к одной и той же точке, в которой мы с Машей оказываемся женаты. Просто в варианте «Как вышло в реальности» между стартом и финишем оказывается слишком много грязи. А варианту «Как бы могло быть» я не дал ни единого шанса.