Просто не могла уснуть от переизбытка эмоций. Прокручивала в голове подробности нашего с Максом ужина и не могла успокоиться.

От его взгляда становилось не по себе. Еще никто на меня так не смотрел. Даже не знаю, как правильно объяснить…

В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот накинется на меня и сделает что-нибудь страшное.

Или не страшное, но что-то, чего я еще никогда не делала с мужчинами. Например, поцелует со всей страстью, не оставив ни капельки воздуха в легких.

И тут же я вспоминаю разговоры девочек, которые делились впечатлениями о близости с мужчиной. Мне никогда не хотелось попробовать — казалось, что там могло быть интересного. И тогда Лиза, моя подруга, сказала, что это все из-за того, что я еще не познала себя полностью.

Конечно, не познала! К своим восемнадцати годам я даже ни с кем не целовалась. Просто не было времени на эти вещи из-за объёма работы, коим меня щедро одаривал мой дорогой дядечка, едва я приходила домой после занятий. Так как жили мы в частном секторе, ему даже не приходилось выдумывать ничего сверхъестественного.

Мальчики частенько на меня заглядывались, а я вот на них не особо: сверстники были жуткими хвастунишками и часто вели себя, как идиоты. Уже тогда я поняла, что мужчины постарше привлекают меня куда больше. Они, по-крайней мере, не пытались дернуть тебя за косичку и не обзывали дурацкими словами.

В мужчинах чувствовалась сила, стать. Не во всех, конечно, среди них тоже встречались мудаки. Нет, я рассуждала так не из собственного опыта, его у меня, конечно же, не было. Все мои знания основывались на пресловутых рассказах некоторых подруг постарше и любимых сериалах.

И тут я подумала… Интересно, каково бы было… целоваться с Максом? Какие у него губы? Такие же жесткие, как и его взгляд? Или все же нет? Мягкие, сухие. Наверное, еще и щетина колется?

Мысли невольно переключились на его шикарное тело, обтянутое белой футболкой, на его накачанные мускулистые руки. Нет, определенно, он был мечтой многих женщин.

Я вдруг почувствовала, как у меня стало влажно между ног. Так бывало, когда я украдкой смотрела сериалы о любви по ночам. Дядя Паша, ко всему прочему, имел пуританские взгляды на некоторые вещи — то и дело ругался, если замечал, что я смотрю на то, как целуются мужчина с женщиной. И ничего, что это просто сериал! И ничего, что это не помешало ему без зазрения совести продать меня взрослому мужчине за деньги.

Я потерлась друг о друга бедрами, пытаясь унять возбуждение. Не помогло. Тогда я легонько погладила слегка напрягшиеся соски сквозь тонкую ткань сарафана — да-да, я все еще была в нем, потому как не нашла никакой одежды у себя в комнате.