В глазах Стеллы промелькнул испуг, когда она поняла, что я не вру.

— Эм…Эм… иль… — Лютая вцепилась в мои руки и попыталась отнять их от своей шеи. — Отпусти…

Моя волчья сущность вдруг заликовала, почувствовав ее страх, и затребовала отомстить ей за все, что та сделала.

— Ненавижу тебя! — не отступала Стелла и попробовала обратиться.

Однако все ее силы уходили на то, чтобы бороться со мной. Я не дал ей превратиться в волчицу, от чего та жалобно заскулила и забилась в моих руках, точно птица, попавшая в лапы дикому коту.

— Хорошо, я покажу… Покажу, как ее найти…

Этого мне было достаточно. Я разжал пальцы, и Стелла упала на мокрую траву, жадно хватая воздух.

Я намотал ее длинные волосы на кулак и оттянул назад, заставляя поднять на меня взгляд.

— И смотри, чтобы без шуток! Ты меня поняла?

— Поняла.

— Вздумаешь превратиться, я тебя в два счета одолею.

Она лишь кивнула, прикрыв свои ярко-голубые глаза, зрачки которых успели стать волчьими.

Плохо это или нет, я не чувствовал по отношению к ней жалости. Единственное, что меня удержало от того, чтобы не сломать ей шею — это дикое желание спасти Ягодку.

Глава 24

Эля

Я очень плохо помню свое детство. Оно у меня, кажется, было и пролетело так быстро, словно по щелчку пальцев. Все, кого я помню, это Лея. Мама, папа… Иногда меня одолевают мысли, что их и вовсе никогда не было.

Отец без вести пропал, мама умерла, впав в сильную депрессию. Дядя Паша не рассказывал подробностей ее смерти, только говорил, что она сама свела счеты с жизнью.

Мама, мамочка… Почему ты оставила нас с Леей? Будь ты рядом, все бы сложилось по-другому, я уверена!

Наверное, ты была очень красивой. Я пытаюсь вспомнить твое лицо, но у меня не получается. Я снова чувствую боль, простреливающую виски.

Сколько можно? Почему я не могу ее преодолеть?

Или все-таки могу?

Странно. Сегодня я ощущала себя по-другому. Мне не больно, не страшно… Я как будто находилась в вне своего сознания. Или просто задремала в полдень, лежа на летней веранде.

Да, той самой, которая так мне нравилась. Которая находилась в доме братьев Борзовых.

Мои любимые братья… Волки-красавцы.

Должно быть, я снова сплю. Сладкий сон, в котором мы вместе. Нам так хорошо втроем, разве это может быть правдой? Нет, это сказка, прекрасная сказка!

— Сладкая… Ягодка… — шепот Эмиля разнесся по комнате, заставляя мою кожу покрыться мурашками.

Да, Эмиль, ты умеешь одними словами завести меня так, что я… истекала влагой, двигаясь бедрами навстречу к тебе, желая почувствовать тебя внутри себя.