— Ну это чувак, который площадку для шестой “Дуси” разрабатывал… игра такая… где он его только нашел, никто не знает…

— М-м-м… — тяну, подкрашивая в зеркале губы, пока мы стоим на светофоре.

— Легенда короче. Американец. Ну он тоже сегодня будет. Хочу с ним сфоткаться.

Уровень мероприятия доходит до меня постепенно.

По мере того, как мы продираемся по пробкам и Лёня перечисляет мне присутствующих, я понимаю, что еду не на “корпоратив”, черт возьми, а на какую-то тусовку с зашкаливающим уровнем премиальности.

Волнение накатывает бесконтрольно, и от него мне горько, потому что еще три месяца назад я бы загорелась от такой информации, как лампочка, а теперь, когда моя реальность в лепешку разбилась об асфальт, я чувствую, что в таком месте мне не место…

Нельзя восполнить пробелы в… своем несуществующем образовании фильмами и роликами в интернете.

Кажется тот, чье имя я не хочу произносить в своей голове, раскусил меня, как орешек, еще в нашу первую встречу…

И когда на горизонте вырастают очертания этих чертовых небоскребов, мне хочется вопить.

Почему это обязательно должно быть здесь?!

Эти небоскребы мои заклятые друзья, я люблю их и ненавижу одновременно, особенно потому, что вижу каждый день из окон электрички, когда еду в ресторан, который ничто иное, как мой билет в ту жизнь, от которой я так хотела убежать, и которую, судя по всему, собираюсь принять.

Глупость моего положение открывается сразу, как только открываются двери персонального лифта, в который мы попали, предъявив двум бритоголовым охранникам пригласительный."

"Это не долбаный корпоратив! Это самая настоящая светская тусовка. Закрытая вечеринка в двухэтажном пентхаусе в четыреста квадратных метров с отглаженными и начищенными до блеска официантами, диджейским пультом, зонами для танцев, дегустации вин, анимаций, и с кучей народа самой высшей пробы, который перемещается с бокалами шампанского и галдит, галдит, галдит…

Моя идиотская мечта сбылась.

Я попала на светскую тусовку, как и мечтала. И если Лёне все равно, то мне абсолютно не плевать на тот факт, что я здесь единственный человек в сапогах. И то, что они от Гуччи, только ухудшает мою ситуацию, будто я надела на себя все самое ценное, что только у меня есть!

Почему он не сказал про дресс-код?

Какая теперь разница!

Я сама виновата… я должна была догадаться, но я ведь весь день прозябала в своих мыслях…

— Ого… — нервно посмеивается Лёна, подталкивая меня к гардеробу.

 — Уровень. Да? Чет народу многовато. Да?

— Да… — отдав свое пальто, уступаю место двум женщинам в очень сдержанных нарядах и в дизайнерских украшениях. Тоже очень сдержанных, но, черт возьми, непременно в космическую стоимость, судя по состоянию их кожи и слепяще-белозубым улыбкам.