Однако в Алтарном не миллион человек населения, чтобы налево и направо жертвовать крепкими рабочими руками. А все мещанские чувства зависти и обиды стоило оставить немного в стороне.

Остатки древесины, которая в будущем могла стать деталями дозорной вышкой, пустили на оружие. Почти у всех строителей имелись ножи, а ещё было несколько топоров. И это оружие они вполне здраво и без подсказок решили приматывать к длинным рукоятям. Даже топоры. И это было верно, потому что оружие на длинной рукояти даёт владельцу гораздо больше шансов выжить — ну чтобы потом его, оружие то есть, применить.

А вот что было плохо — так это тот печальный факт, что не хватило материала на какое-никакое заграждение. Брёвна для вышки рубить на составные части было некогда, а материалы с плота остались лежать на берегу. Ну а желающих пройтись ночью до реки почему-то не наблюдалось. Я бы вообще предпочёл дать дёру, найти какой-нибудь укромный уголок и отсидеться там, но статус и совесть не позволяли…

Люди пытались спать. Наши ребята, вооружённые арбалетами, дремали вполглаза, а рабочие честно лежали в обнимку с копьями.

Я даже не пытался уснуть.

Как закрывал глаза, сразу вспоминал развешанные на сухих ветвях кишки… И почему-то начинал думать, что если усну, то проснусь и свои вот так увижу. Хотя это бред, конечно… Проснусь я, наверно, в тот момент, когда меня жрать начнут…

Впрочем, я такой, кто даже не пытался поспать, был не один. Некоторые жались поближе к центру лагеря, а кто похрабрее — расселись у костров, разожжённых по периметру.

— Может, эта тварь наелась и ушла? — спросил Трибэ, ни к кому конкретно не обращаясь. — Трёх человек сожрала, хватит уже…

— Она их не жрала, — с секундной задержкой ответил Хир-Си, подкидывая сухую ветку в костёр.

— Вернее, она их не всех жрала.

— Как это не всех? — дрожащим голосом уточнила Аня.

И нервно икнула, покрепче сжав арбалет.

— Только печень и почки, — невозмутимо ответил Хир-Си. — Я успел рассмотреть, чего там на берегу не хватает.

— Если она выше человека, то печени и почек ей надо много… — вполголоса, чтобы не наводить панику, согласился я.

Над лагерем снова воцарилась тишина. Лишь потрескивали дрова в кострах, да шумел ветер, шурша травой и гоня тучи, пришедшие днём, дальше на юго-восток.

А я снова почувствовал взгляд. За мной наблюдал кто-то или что-то. Темнота была такая, что за пределом освещённого круга ничего невозможно было разглядеть.

Вот заворочался один рабочий, бормоча под нос что-то недовольное… Вот другой резко вскинулся во сне… Видимо, и они чувствовали чужое внимание.

А вот парень, предлагавший поискать Пашу, встал и подошёл к одному из костров — решил подкинуть дров. Он бросил несколько веток в огонь, развернулся спиной к траве…

Я не успел заметить, что это было.